Подари мне любовь

– Как же тебе удастся совершить чудо при такой взаимной ненависти? – осведомилась Бренна, лукаво взглянув на сына.

Селиг раздраженно посмотрел на мать. Странно, по ее виду никак не скажешь, что она жалеет его… скорее… почти забавляется! Если кого здесь и принуждают, так это его, Селига, и его собственной матери следовало бы хоть немного опечалиться!

– Я сам займусь этим, – только и сказал он.

– Тогда лучше тебе сделать это побыстрее, – заметила Бренна. – Венчание должно состояться не позже сегодняшнего вечера, с тем чтобы прошла брачная ночь, прежде чем ее брату станет обо всем известно, и он не мог бы и подумать расторгнуть этот брак.

Брачная ночь? От одной мысли об этом по телу Селига пробежал ледяной озноб, смешанный со странным возбуждением. Брачная ночь с ней… Нет, такого не будет. Он не хочет эту женщину, особенно когда перед глазами не мелькает соблазнительно обнаженное тело.

Нет, все, что ему необходимо, – это месть. И он своего добьется. Любым способом.

Глава 29

К тому времени, как Селиг добрался до своей спальни, он был в таком бешенстве, что едва сдерживался.

Однако никак не мог понять, на кого обрушить ярость. Он хотел во всем упрекать Эрику, судьбу, даже себя, но не сумел направить гнев ни на кого в особенности, поэтому просто рвал и метал, не в силах отыскать истинного виновника. Но то непонятное возбуждение, испытанное им совсем недавно, не покидало его. Не знай он себя, мог бы подумать, что охвачен пьянящей радостью, но, конечно, это все чистые выдумки. Такому не бывать!"

"Эрика в одном нижнем платье стояла перед окном, из которого могла видеть половину войска, разбившего лагерь перед воротами.

Селиг не сомневался, что девушка не сошла с места с той минуты, как узнала о появлении датчан. Она даже не оглянулась, чтобы узнать, кто вошел в комнату, хотя Селиг знал, что Эрика слышит шаги. Он заметил, как напряглось и мгновенно расслабилось ее тело.

Селиг пересек комнату, остановился за спиной Эрики и теперь сам увидел огни походных костров датчан.

Да, их слишком много. Очевидно, намерения викингов весьма серьезны, и брат девушки поведет их в бой.

Эрика снова застыла от близости Селига и словно превратилась в ледяную статую. Девушка, конечно, узнала его, но не желает даже повернуться. Может, все к лучшему, поскольку она хотя бы не замечает его бешенства и даже не спросит, в чем дело, иначе кто знает, что бы она сделала, если бы увидела его лицо!

– Все кончено, – устало, едва слышно выдохнула наконец Эрика.