Подари мне любовь

Селиг открыл дверь и вошел в спальню, ожидая увидеть спящую жену. Но громкие голоса разбудили Эрику. Она сидела на постели в нижнем платье, как привыкла еще в Уиндхерсте.

Селиг мельком подумал, что придется распорядиться сшить для нее удобные ночные одеяния, но тут же отогнал эту глупую мысль! Он предпочитает, чтобы Эрика вообще спала обнаженной, как и он сам.

Эрика, казалось, удивилась появлению мужа:

– Что тебе здесь надо?

– Разве это не моя комната?

– Не заметила.

Сухой тон неприятно подействовал на Селига, но куда хуже оказалось неподдельное равнодушие:

– Правда, если желаешь воспользоваться своим правом, я поищу другое место, где спать.

– Нет, ты тоже останешься здесь.

Эрика немного нахмурилась, пытаясь сообразить, в чем дело, и подбородок тут же упрямо выдвинулся вперед:

– В таком случае можешь лечь на полу. Я уже привыкла к кровати.

Столь неприкрытое неповиновение вызвало улыбку на губах Селига. Она еще не поняла, почему он пришел!

– Я еще ни разу не спал на ней! Отныне мы будем делить ее!

Селиг сделал шаг к постели.

– То есть что значит «делить»? – осведомилась она.

– Ты будешь спать слева, я – справа, и время от времени станем оказываться в середине… вместе.

Лишь через несколько мгновений до Эрики дошел смысл его слов.

– Ни за что! – охнула она.

– Ты стала моей женой, – напомнил Селиг. – Да, но на определенных условиях! – вскинулась Эрика.

– Все условия были выполнены.

Эрика снова охнула:

– С моей стороны, но не с твоей! Неужели ты нарушишь слово?

Селиг преувеличенно раздраженно вздохнул.

– Вспомни свои слова, девчонка! Ты потребовала, чтобы я не прикасался к тебе после свадьбы. Но не предупредила, чтобы я вечно держался от тебя подальше. Так вот, после свадьбы я не дотронулся до тебя да к тому же дал тебе достаточно времени, чтобы опомниться, но мое терпение кончается.

Тревога Эрики все возрастала, а голос повысился почти до визга:

– Ты намеренно искажаешь сказанное мной, как выгодно тебе!

– Нет, просто толкую это немного по-другому.

– Признайся, что еще не насытился местью!

Голос Селига стал мягким, улыбка – чувственной:

– Нет, я собираюсь сделать это, потому что хочу тебя, Эрика, и мне все равно, есть ли у тебя сердце или нет. Но пусть по крайней мере между нами будет хотя бы это.

– Думаешь, постель изменит что-нибудь? Забыл, почему я здесь?

Селиг пытался забыть, но она не давала.