Подари мне жизнь (СИ)

Джун:

-А теперь разрешите представить нашего нового члена группы, восьмого мембера, Марго! Она не только очаровательная девушка, но и отличная вокалистка и танцовщица, в чем вы, дорогие наши друзья, уже могли убедиться, но и в дальнейшем подтвердит это! Надеюсь, вы полюбите ее так же, как любим мы ее! И как, надеюсь, вы любите нас! Итак, Марго!

Благодарно киваю Джуну и чуть выступаю вперёд из общей линии. Джун торопливо пьет воду, а у меня из головы вылетели все слова, что вчера мы с ним столько писали на листочке.

Меня и понесло.

-Здравствуйте! Меня зовут Марго и я восьмой мембер ВТ! Как сказал наш уважаемый Лидер, я вокалист, ну и танцую немного. А ещё я теперь самый младший мембер в группе, и Чон имеет все шансы отдохнуть от этого звания! Прошу, позаботьтесь обо мне! А я буду стараться порадовать своими вокальными возможностями! И я уже люблю вас всех!

Все, что смогла, то сказала. Ну, помидоры и тухлые яйца на сцену не полетели, уже хорошо. Или здесь так не принято? Я слышала, что фанаты могут устроить даже своим любимым айдолам "черный океан", и страшно боюсь, что из-за меня могут пострадать ребята.

Фраза "позаботьтесь обо мне" не случайна, так в Корее представляется новый член коллектива не только артистического, любого. Особенно, если ты младше других. Мы потянулись к выходу, на экранах уже закрутились старые видео, а в моих наушниках опять появился режиссер.

-Все хорошо сказала, Марго! Ты умничка! Публика довольна!

А навстречу уже бежали работники стаффа. Вытирали осторожно лица, торопливо расстёгивали костюмы.

Спрашивали про самочувствие. Но пока помощи не требовалось.

Далее концерт покатился по плану. Начали мы сдавать уже к третьему перерыву. А впереди ещё одна напряжённая часть. Чимми дышал кислородом, Чон морщился от боли в спине, которую активно разминали массажисты, Джуни сидел в кресле со льдом на затылке. Ваша покорная слуга полулежала с аж двумя полотенцами - на голове и на сердце под блузкой. Остальные просто лежали вповалку на разложенных креслах с поднятым ножным концом.

У нас есть ещё целых пять минут, это же целая вечность!

Мы даже говорить не хотели, язык не ворочался. В тишине комнаты слышались только глухие стоны Чона. Подорвал, таки спину, ведь говорили ему, что не надо такой кульбит назад делать, он не Чимми. Но где же там, закусило парня! Я отдыхала и вновь накручивала себя до мандража. За эти три части концерта публика вроде бы попривыкла ко мне и особого внимания или неудовольствия не выражала.