Оу… Фотографий у них в документах не размещают, зато придумали био-паспорта с капелькой чужого ДНК. Все, теперь я официально не Лизавета Кутейкина, а Ализа Грейн, законная гражданка Сатара, привязанная к миру самым надежным образом.
– И кому мне его показывать, этот растр? – уточнила я, обмахиваясь бумажкой без особого трепета.
На самку кворга хоть корону надень, хоть табличку навесь с надписью «герцогиня», аристократкой она от этого не станет."
"– С ним тебя пропустят во дворец, в кабинет Владыки, в Грейнхолл, в Сандер… Не кривись, – потребовал Габ хрипло и ухватил за подбородок.
– Сандер-Холл – глушь, но там спокойно и далеко от рогатых. В момент опасности ты можешь потребовать личную эвакуацию, сопровождение, экипаж, свежую харпию, портальный камень… и никто не посмеет отказать. Ты Грейн. Поняла?
– Ва-а-ажная бумага, – с пониманием протянула я и осторожно сложила документ в четыре раза, стараясь не замять уголки.
– И прекращай улыбаться, Ализа. Это не шутки, – прорычал Габриэл, хмурясь каждой морщинкой.
– Увидишь туман, почувствуешь запах гари – ищи ближайшую стражу и требуй, чтобы они сопровождали тебя до безопасной зоны.
– С чего бы тебя волновала моя судьба?
Я опять невольно улыбнулась в чашку травяного настоя. В прозрачной пиале плавали ярко-желтые цветы и норовили быть съеденными с каждым глотком.
– Ты мать моих будущих наследников, не забыла?
Я захлебнулась, закашлялась и сплюнула жеванный цветок в креманку. Это тоже входит в абонемент?!
Вчера ночью я совсем не подумала о возможном потомстве.
Привыкла оставлять этот вопрос на партнера… Ворошилов был до маньячества аккуратен. О наследниках даже не заикался.
Боги, боги… Я была уверена, что в Сатаре есть на этот счет какая-то магическая формула или, там, зелье. Габ с его плотным графиком свиданий наверняка в курсе, так?
Ох, Сато-Судьбоносица, скажи, что так!
– Забыла, – сообщила ему искренне, беспокойно ерзая на диване. – Ты недавно рассчитывал овдоветь, и я не готова к столь резким переменам…
– Ночью выглядело иначе.
Выглядело, еще как выглядело… Потому что ночью я спятила от желания и сладости встречи, а утром протрезвела. Вот ровно минуту назад.
Ну какие нам сейчас дети? Габ на Рубежах, у меня учеба, с кисунями вопрос до сих пор открыт…
Нет, возраст у меня как раз детородный, да и домой я вряд ли вернусь – с такими-то рисунками на ладони. И сам процесс, надо признать, подкупает.
