Тепло улыбнулась в ответ. Ничего, моя жизнь изменится, но сейчас я уже не в одном покрывале среди незнакомцев в лесу.
– Все вы знаете, как горячо я желал породниться с нашими соседями и браком укрепить дружеские отношения между нашими странами, – между тем сообщил король. – Но ночь, проведенная близ руин храма Нуара, изменила мою жизнь.
«Вот зачем он сейчас об этом?» – напряглась я.
– Вы уже знакомы с принцессой Элисией. Ее перенес сюда Нуар и связал нас брачными татуировками, давая свое благословение и выражая божественную волю.
Он поднял руку, отчего рукав приподнялся, и сияние брачной метки уже ничто не скрывало. В зале повисла оглушительная тишина. Пусть это был секрет Полишинеля, но сейчас об этом сказали открыто.
– Признаться, я оказался в затруднительном положении. Ведь до этого дал свое слово принцессе Элизабет, которой бесконечно восхищаюсь и к свадьбе с которой готовился. Мне предстоял нелегкий выбор. Я благодарен нашим друзьям из Лимасса за терпение и понимание ситуации. Мне нужно было время, чтобы все взвесить и принять решение.
Но стоило изучить летописи, как мой выбор стал очевиден.
«Ну давай же, давай!» – мысленно подгоняла я. Чего он тянет?! Где уже это – люблю, не могу, готов рискнуть всем ради ее прекрасных глаз!
– Исторические факты говорят о том, что боги не терпят, когда смертные идут против их божественной воли и жестоко карают бездетностью, насылая помимо этого беды и несчастья. Мне дорога принцесса Элизабет. Я обещал ее родным взять ее в жены, любить и беречь.
Не по моей вине у меня не получилось выполнить обещанное, но последний пункт я исполнить в силах. Я могу уберечь принцессу Лимасса от немилости Нуара!
Тим выпрямился, подняв подбородок, и громко произнес:
– Я, Тимуджин Аруан Нивийский, король Баркарии, заявляю перед всеми, что склоняюсь перед божественной волей, как любой из смертных, и смиренно принимаю ее. Празднование свадьбы с принцессой Элисией из России состоится через три дня.
Раньше я почему-то считала, что выражение «меня словно громом поразило» – лишь красивый оборот речи.
Сейчас же я после слов короля потрясенно застыла, не в силах вымолвить ни слова, словно меня молнией шандарахнуло. Уши заложило, и такая слабость накатила, что я пошатнулась."
"Принц Дамиан сделал движение ко мне, явно желая поддержать, но тут его сестра ахнула, и все его внимание переключилось на нее. Он бросился к Элизабет, вокруг заволновались сопровождающие ее дамы, утешая и обмахивая веером.
