Интересно, случайная встреча? Или нет?
Максан медленно скользит взглядом по мне, сканируя от кончиков туфель до шляпки, словно комплектность проверяет, а то мало ли, вдруг где убыло? Или прибыло?
Затем жесткий внимательный взгляд возвращается к моему лицу, замирает… Глаза в глаза.
И я, словно в слоу мо, наблюдаю, как человеческие зрачки теряют свои очертания, чуть вытягиваются, зеленеют, наливаясь звериным, фосфорецирующим блеском.
Это завораживает, причем настолько, что сил двинуться с места нет, лишь перехватываю поудобней свой ридикюль с документами и образцами, которые мне дали в типографии, прижимаю к груди, словно защититься пытаюсь.
И тут же ругаю себя за этот жест бессилия. И злюсь, потому что хватит уже из себя жертву изображать! Я в своем праве! Я, а не он! Пусть у него другое мнение, и по не до конца понятным, странным законам этого мира Максан имеет на меня какие-то мифические права, но кто сказал, что я не должна бороться?
Потому выпрямляюсь, опускаю сумочку и спокойно смотрю в глаза волку.
Прямо в самую гипнотическую их зелень.
“При неожиданной встрече с хищником в среде его обитания, нельзя смотреть ему в глаза, потому что это может спровоцировать агрессию. Зверь будет думать, что вы бросаете ему вызов”...
А-а-а!
Николай Николаевич, выйдите уже из моей головы!
Хотя, судя по чуть сузившимся и еще больше позеленевшим глазам волка, законы дикой природы вполне тут работают…
Максан каменеет лицом еще больше, делает шаг ко мне, легкий, текучий.
Угрожающий.
И я изо всех сил стараюсь сдержать себя, и не отшагнуть, а то и больше того, не развернуться и не понестись, словно заяц, наутек!
Потому что последнее уж точно разбудит все звериные инстинкты, которые, ну мало ли, еще не задействованы!
— Добрый день, Максан, — очень сильно надеюсь, что голос сейчас звучит нейтрально и никак не диссонирует с моим лицом. А то как-то смешно будет, если я выгляжу испуганной овцой, пытающейся держать марку. Наоборот, кстати, тоже не особенно хорошо.
Как всегда, миллион мыслей, одновременно теснящихся в моей голове, помогает прийти в себя и обрести хотя бы подобие уверенности.
И, наверно, что-то все же срабатывает, лицо, голос, тон, или совокупность всего этого, но Максан останавливается. Хотя по первому впечатлению, собирался прямо тут меня хватать и утаскивать… куда-либо.
А сейчас словно на стену напарывается, тормозит и снова изучает меня, уже с другой эмоцией.
