Со стороны, где стоял Максан, внезапно получаю воздушный удар, относящий меня на метр вправо, и в следующее мгновение с легкой оторопью наблюдаю небывалое зрелище: драку здоровенного волка и не менее здоровенного тигра.
И, если в самом начале было ужасно страшно, и даже имелись намерения рвануть за помощью… куда-нибудь… То, спустя пару секунд я лишь отступаю еще на пару метров, чтоб не зацепило случайно, и с удивляющим саму себя азартом наблюдаю за битвой, которую в живой-то природе не увидишь.
Слишком разные весовые категории у противников.
“Естественная среда обитания волков и тигров пересекается, но друг другу они не соперники, — о-о-о, Николай Николаевич, как никогда вовремя опять! — и при случайный встречах в тайге волки обычно избегают тигров, прекрасно понимая, что даже старый и раненый, он для них крайне опасен…”
Я наблюдаю, как Максан, яростно рыча, вцепляется огромными зубищами в ухо Тайгеру, и думаю, что в этом мире эволюционные законы дали сбой, похоже.
Иначе, куда девался знаменитый инстинкт самосохранения волков?
Хотя, учитывая габариты обернувшегося Максана, становится понятно, почему он не боится тигра. Еще бы, такая машина! Это страшное что-то, нереальное!
Два метра дикой ярости, зверюга, состоящий, кажется, из одних только полуметровых клыков и невероятного по накалу бешенства. Интересно, а тут бывают саблезубые волки? Как-то нездорово выглядят его зубищи. А еще вопрос: тут звери болеют бешенством? А то пена, вон… Или это слюна?
Тигр, по габаритам все же чуть-чуть превосходящий волка, берет гибкостью, свирепой яростью, а еще чисто кошачьим стилем ведения боя: то есть, то, что он внезапно на спину упал, вообще не говорит о его покорности и желании сдаться на милость победителя.
Просто лежа на спине удобней вспарывать противнику живот острейшими когтищами.
Волк, похоже, про такой маневр тоже в курсе, может, это далеко не первая их схватка, а потому уворачивается и пытается снова ухватить тигра за чувствительное ухо, раз уж до горла не добраться никак.
Рев, шипение, оглушительное рычание заполняют пространство между домами, и вокруг поединщиков собираются зрители.
Что характерно, никто драчунов разнимать не торопится. И тут я не могу никого осуждать, кому же охота попасть под стрелу, которая непременно убьет?
Я и сама не лезу, стою себе тихонько у стены, прикидываюсь ветошью.
