Я ведь практически не пью алкоголь.
Могу пригубить пару глотков красного по праздникам, но на этом все. Я вообще осуждаю пьянство.
Но сейчас мне так отчаянно хочется забыться, что я кидаю бармену не своим голосом:
— Что у вас тут пьют, чтобы память отшибло? - произношу серьезно, но мой вопрос почему-то вызывает на лице симпатичного парня улыбку.
Он молча ставит передо мной стопку. Маленькую такую, прозрачную. Бутылка появляется у него в руках будто из неоткуда, и вот уже прозрачная жидкость бьется о стеклянное дно малюсенького стаканчика.
— Хреновый день? - интересуется он у меня, подвигая стопку ближе.
— Ага, — бурчу. - Сдохнуть охота.
Бармен кивает на напиток, и я дрожащими пальцами подтягиваю его к себе.
В груди вдруг зарождается чувство тревоги. Не понимаю, почему так беспокоюсь. Это ведь всего лишь алкоголь. А я в обычном баре. Здесь нет ни урода Абрамова с его чертовым большим членом, ни предателя Егора, решившего, что пытаться сделать из любимой женщины шлюху —
вполне себе нормальное явление.
Но если мне хоть на секундочку, но станет легче, я должна попробовать.
Не раздумывая больше, опрокидываю прозрачную жидкость залпом, наклоняя голову.
Видела, что так делают в кино.
Рот и глотку тут же обжигает жаром. Расширяю глаза и закашливаюсь. Как же противно!
Пищевод горит огнем вместе с желудком. В меня будто раскаленную лаву плеснули, сжигающую все на своем пути. Как это вообще может хоть кому-то нравиться? Мне уж точно нет.
Зато теперь не так больно на душе.
Жгучий зуд отвлекает на себя все внимание.
Зажимаю рот кулаком. Кажется, я сейчас сдохну. И уже не от переживаний.
— Повторить? — бармен неожиданно снова оказывается рядом.
Окидываю взглядом помещение. Люди здесь все такие же счастливые. И я так хочу. Очень сильно.
Потому разворачиваюсь обратно к бару и киваю в ответ.
Парень вновь наполняет стопку. А я с тошнотворной неприязнью опять заполняю ей желудок.
Скоро станет хорошо... совсем скоро...
Вот уже и водка не такая противная.
И жжется не так сильно. И мысли путаются... Мне нравится, как они закручиваются в сознании. И все такие приветливых вокруг. И голова кружится...
А, главное, там теперь нет этого мудака.
Проклятая скотина! Он ведь все у меня забрал! Мою жизнь испоганил.
— По-моему, вам хватит, - предупреждает парнишка за баром.
— Последнюю! - болтаю в воздухе карточкой Егора.
И так весело. Но так плохо.
Тошнота подступает. А затем темнота.
