Если честно, я не надеюсь, что найду его здесь. Поэтому заранее, еще на подъезде, даю распоряжение своим парням пробить камеры в нашем поселке. Благо, их там хоть жопой жуй.
— Приехали, кукла! - притормаживаю у заброшки и глушу мотор. - На выход!
Глава 30
Варвара
Выбираюсь из машины, стараясь выглядеть невозмутимо. Но, на самом деле, внутри трясет. До сих пор не понимаю, как согласилась на условие Абрамова. Я просто сказала «да». На автомате.
Потому что мне нужно было поехать с ним.
Но я не собираюсь отсасывать ему.
Ни сейчас, ни когда либо позже. Как ответила «да», так и заберу свои слова обратно. Абрамов уже доказал, что брать меня силой желания не имеет. Хотя, то, что произошло рядом с машиной, во дворе его дома, заставляет меня сомневаться в этих убеждениях.
Все еще судорожно пытаюсь вспомнить, была ли там охрана. Ведь, кажется, я не видела никого, кроме Тимура.
На улице становится по-весеннему прохладно. Потому захватываю пиджак с собой. Только теперь накидываю его на плечи. Он скрывает меня гораздо больше, чем футболка, хотя и та выглядела довольно сносно.
А еще пиджак пахнет ИМ. Абрамовым. И я кутаюсь в этом ароматном облаке его дерзкой сексуальности.
Внутри все возмущается реакцией на Тимура. Он общается со мной, как с дешевой девкой, забрал работу, парня, заставил кончить. А я все равно дурею от его запаха. Как одержимая дозой наркоманка.
Но нам бы только найти Никиту, и я обязательно возьму себя в руки. У меня получится, я знаю.
Потому что нельзя пользоваться человеком, словно вещью.
И я не позволю. Это отвратительно и несвойственно мне.
Абрамов идет вперед, а я следую за ним. Буквально ступаю по пятам. На улице уже смеркается, я заброшенное здание совсем не освещено.
Почему-то я не удивляюсь, что подростки выбрали это место для проведения времени. Однажды я сама ходила с друзьями в разваленную пятиэтажку, принадлежащую, вроде как, раньше какой-то ныне не действующей пожарной станции. Дело было при свете дня, но все же чувствовала я себя жутко. Сейчас же, дыша в широкую спину миллионера, опасность ощущается не так остро.
Совсем скоро, пробираясь через груды строительного мусора и пыли, мы оказываемся на самой крыше. Невдалеке слышатся голоса и смех. Кажется, я вижу отблески света.
— Шухер! - кричит кто-то, и подростки стремятся разбежаться.
— А, ну, стоять! — гаркает Абрамов, и дети буквально замирают в тех позах, в которых их застала его команда.
Я выглядываю из-за мужского плеча и замечаю пару знакомых лиц.
