– Разве они имеют опыт борьбы с политическим террором? Их дело – уголовная преступность!"
"Но тут протестующе поднял руку московский губернатор Джунковский:
– Александр Григорьевич, кашу маслом не испортишь! После лихолетья девятьсот пятого года некоторые из тех, кого вы ловите, так перемешались с уголовными, что сам черт не разберет, где кто. Экспроприации этих «политиков» больше смахивают на обычные уголовные проделки. И опыт сыскной полиции действительно может оказаться полезным. Давайте заслушаем начальника московских сыщиков статского советника Кошко.
Аркадий Францевич, дайте справку!
– Слушаюсь, ваше превосходительство, – вскочил Кошко, разложил перед собой какие-то бумаги, но больше для самоуспокоения, он говорил, не глядя в них. – Мы тоже активно присоединились к мерам по охране государя в ходе предстоящих торжеств. Я выделил своего лучшего чиновника по поручениям Двуреченского для непосредственного подкрепления сил Дворцовой и тайной полиций[14].
А Двуреченский привлек к содействию свою агентуру в уголовной среде.
Эти люди… ну наиболее развитые из них, будут находиться в толпе, на самых опасных участках, и следить в оба глаза за окружающими…
По залу прокатилось легкое эхо если не недовольства, то удивления. Но Кошко продолжал:
– Их знания обычаев преступного мира, их обширные знакомства, опыт и навыки помогут определить преступника даже в самой людной толчее. Как говорится, рыбак рыбака видит издалека! Например, Двуреченский завербовал и привлек к охране известного в уголовном мире налетчика по кличке Гимназист…
– Гимназист? – перебил статского советника премьер Коковцов.
– В каком смысле?
– Это прозвище, а фамилия ему Ратманов. Прозвище получено не зря, он действительно окончил полный курс гимназии, что для фартовых[15] большая редкость. Ратманов выделяется из их мира сообразительностью, я бы даже сказал, острым умом и способностью планировать силовые акции. До своей вербовки он был есаулом в нескольких бандах… Так у них называются ближайшие помощники атамана, так сказать, начальники штаба… Так вот, Ратманов задал нам немало хлопот своими блестящими придумками.
А Двуреченскому удалось не только поймать, но и перетянуть на нашу сторону такого штучного человека. И теперь его преступный опыт, только направленный на благие цели, весьма нам пригодится.
Идея явно понравилась московскому губернатору Джунковскому:
– Вот это правильно! Как вы сказали, Аркадий Францевич: рыбак рыбака видит издалека? Пусть помогает делу охраны государя.
