"
"Ну а Александр Федорович прекрасно понимал, что это повод не только посочувствовать семьям убитых, но и великолепная возможность лишний раз напомнить о себе и сделать следующий шаг в карьере – к примеру, пойти в политику, о чем он размышлял уже минимум пару лет до этого.
Так, в общем, и получилось. Во время расследования Ленских событий официальная сенатская комиссия была скована бюрократическими процедурами и почти не делилась с общественностью своими выводами. Зато группа Керенского ни в чем себе не отказывала.
А ее председатель каждый день слал в Москву или Петербург собственные комментарии на самую злободневную тему. Посему почти весь 1912 год фамилия и благообразное лицо нашего героя не сходили с газетных полос, а на удачно совпавших с этим выборах в Государственную Думу ему оставалось лишь не совершить какой-нибудь роковой ошибки, чтобы его не избрали.
И даже выбор фракции, объединившей всего 10 адептов, лишь на первый взгляд можно было принять за ошибку. Да, трудовиков было немного.
Но несмотря на малочисленность, все же целая фракция!
Где пока что неопытный в вопросах большой политики Александр Федорович мог легко стать лидером. Он начал проявлять инициативу на первом же заседании Думы, открывшейся 15 ноября 1912 года. И для многих новых коллег именно он представлялся «фронтменом» и «хедлайнером» трудовиков, а не формальный руководитель фракции, серый и малоизвестный депутат Дзюбинский, которого тот же Керенский сменит меньше чем через два года.
Ну а параллельно амбициозный Александр Федорович, конечно, отдавал себе отчет и в том, что с девятью коллегами вкусной каши не сваришь.
Потому с самого начала поглядывал по сторонам в поисках иных политических союзников. И приняв приглашение о сверке часов от земляка Протопопова, представлявшего куда более мощную фракцию октябристов, сел в поезд, чтобы из чопорного столичного Петербурга добраться в менее политизированную, но более хлебосольную Москву.
Ресторан «Прага» любили все. Так отчего не совместить приятное с полезным? И не перетереть самые важные вопросы под видом рядовой встречи двух соседей по симбирскому землячеству.
Тем более что «Прага» была разделена на два десятка кабинетов, замкнутость которых позволяла посетителям быть вполне откровенными друг с другом…
Керенский уже с полминуты помешивал ложечкой чай. А Протопопов задумчиво смотрел на земляка. Как будто только что прочел в его карих глазах все то, о чем вы прочитали выше.
