Бои будут тяжелыми и кровавыми, к сентябрю 1941 года немецкие дивизии выйдут на подступы к Ленинграду и возьмут город в осаду, а в октябре 1941 года немецкие танковые дивизии возьмут Киев и подойдут к Москве. От москвы вы их отбросите уже в декабре, но вот с Ленинградом так быстро не получится. Красная армия будет неоднократно пытаться пробить коридор к осажденному Ленинграду, однако бои у Волховского перешейка будут неудачными. Осада Ленинграда немцами продолжится почти 3 года, за время осады погибнет от голода и обстрелов более 500 тысяч мирных жителей, защитников города поляжет в боях почти 450 тысяч человек.
— Это какой то бред! — Заковский покачал головой — можете считать, что я этого не слышал, вы же сейчас просто подрываете доверие советского народа к боеспособности Красной армии.
— Не переживайте товарищ Заковский. Мы эту войну выиграем, она будет продолжатся 4 года и унесёт жизни 20 миллионов советских граждан — продолжал свой рассказ Зинченко, НКВДешник же сидел как мумия.
— А почему эти ваши ""оппозиционеры"" — НКВдешник проговорил непрывычное для чсебя слово — сказали, что погибнет 27 миллионов?
— О-о, поздравляю, хорошо работаете.
Вы уже успели допросить этих идиотов? — Зинченко улыбнулся — странно, что они вам цифру в 50 миллионов не озвучили. 27 миллионов это бред, миф придуманный либералами в 90-х годах нашего времени. Тогда люди, пришедшие к власти любым путем старались осквернить всю советскую историю. Победа в великой отечественной войне это маркер, объединяющий многие народы СССР, а осквернение этой победы, так сказать ""развенчание советских мифоф"" приводило к подрыву доверия народа к коммунистической партии.
Наши ""заокеанские партнеры"" вложили в это немало денег. Товарищ Сорос и другие русофобы поставили перед собой задачу очернить всю историю России, но основному удару подверглась наша победа, вот и родили миф про то, что мы немцев трупами забросали, а День победы вовсе отмечать не стоит, так как это не победа, а почти поражение. У нас там даже предлагали поменять День победы на День памяти, скорби и примирения.
— Какого примирения — не понял НКВдэшник — вы меня уже запутали, то победа, то примирение. С кем примирение?
— С предателями-колобрационистами — усмехнулся Зинченко — с теми тварями, что расстреливали членов семей парполитработников, красноармейцев, с теми, кто был полицаями на оккупированных территориях, расстреливал евреев и проводил карательные операции в партизанских районах.
