Подходим друг другу. Как теория привязанности поможет создать гармоничные отношения

Я ужасно разозлилась и расплакалась. Но потом он меня обнял, поцеловал, и я его простила. Он скрывал от всех наши отношения, но мы стали парой.

Увы, этим недопонимаем проблема не закончилась. Мы встречались семь месяцев, и, на мой взгляд, все развивалось прекрасно. Я рассказала бывшему парню, с которым поддерживала дружеские отношения, что нам не стоит больше видеться. Крэг на это заявил: «Зачем ты ему сказала? Еще рано говорить, неизвестно, что у нас получится!»

Через пару месяцев мы вроде бы наконец пришли к согласию.

Крэг переезжал в двухкомнатную квартиру, и я предложила жить вместе. Он согласился, и меня это обрадовало как подтверждение серьезности отношений. Никто не удивился — всем нравился славный парень Крэг, знакомые считали его прекрасным человеком. А моя жизнь с ним состояла из череды эмоциональных взлетов и падений, я рыдала чуть ли не каждый день.

Крэг все время сравнивал меня со своей бывшей, Джинджер. Она, по его словам, была идеальная: умная, красивая, интересная и эрудированная.

Они изредка общались, и из-за этого я чувствовала себя ужасно неуверенно. Он походя возвеличивал ее и принижал меня, особенно мой интеллект. Меня просто убивало, что он считал меня в чем-то глупой. Но я знала, что умная — я же училась в университете Лиги плюща, — и решила не обращать внимания.

С внешностью все было иначе. Я не считала себя красивой, а из-за того, что Крэг заострял внимание на недостатках, например на целлюлите, чувствовала себя дурнушкой.

Он периодически напоминал мне об этом. Впервые увидев меня голой в душе, он сказал, что я «коротышка с огромными сиськами». Я наивно верила ему и начинала сама так о себе думать. Однажды я объелась, почувствовала себя толстухой и спросила, почему он вообще захотел такую некрасивую женщину. Любой мужчина — да вообще любой человек — на такое самоуничижение ответил бы что-нибудь вроде «Марша, ну ты что болтаешь, ты же красавица!».

Но Крэг просто констатировал: «Ну больше никого не было».

Ему не пришло в голову, что это обидно, — он всего-навсего сказал как есть.

Я пыталась объяснить, как мне обидно, даже называла его эмоционально отсталым. Но у него в одно ухо влетало, а из другого вылетало. Порой мне казалось, что я больше не могу, и говорила, что ухожу. Но сделать этого не могла. Он говорил, как любит меня, и я верила, что он моя судьба.

Правда ли он любил меня? Может быть. Он говорил это почти каждый день.