Подкидыш для хулигана

Про свою дружбу со Стасом, про аварию, про Марьяшу, которая хоть и не страдает в интернате, но это лишь потому, что она позитивный ребенок. Но какой бы позитивной она ни была, каждую нашу встречу Марьяна спрашивает, когда она сможет вернуться домой.

— Вот, – закончил Леша. — Только плиз, не спрашивай, серьезно ли я настроен. Меня это уже достало.

— Да я и не собиралась, – Лида уткнулась в телефон. — Ты, Лешик, не младенец, а здоровый лоб. Мой младший братец – тот еще бука, и не понимает, что легкий на подъем человек не равно безответственный болван.

Мы с Лешей с надеждой взглянули на Лиду, которая оторвалась на миг от телефона, и довольно кивнула.

— Уже помогаю. Любой процесс можно ускорить. Я договорюсь, чтобы девочку вы забрали завтра. Опеку вы оформите постепенно, как и удочерение. Но, – Лида вдруг стала серьезной, и морщинки обозначились четче, — не подведите меня. Я на самом верху за вас прошу, и косяки покрывать не стану. Не уследите за ребенком, не справитесь, и ее заберут.

— Готовы, – ответили мы с Лешей в унисон, и я смогла выдохнуть.

В Лиду я верю. Она не сказала, что постарается, она сказала, что сделает. Решит одну из наших проблем. А ведь именно о Марьяне я беспокоилась больше всего. Проблемы с долгами, с безалаберностью папы, отошли на задний план, ведь ничего нет важнее ребенка.

И завтра Марьяна вернутся домой.

— Слушай, а ты правда на митинги ходил? – спросила я Лешу.

Мы стоим на улице, Горин заметно нервничает. Марьяна собирает свои немногочисленные вещи, и мы забираем ее домой. Вот так просто, спустя неполные сутки нам отдают малышку.

Разумеется, временно. И разумеется, нам пришлось выслушать о плановых и внеплановых проверках, на которых, кстати, настояла Лида. А еще нам предстоит пройти подготовку в школе приемных родителей.

Но Марьяшу нам отдают! Лида похлопотала, была проведена беседа с психологом, которая поддержала решение, чтобы малышка пока жила в семье.

— Ходил, было дело, – кивнул Горин. — Мир хотел к лучшему изменить. А ты откуда знаешь?

— Все знают. Тебя же тогда загребли, – хмыкнула я, вспомнив, какой был скандал, когда Леху пару дней держали в спецприемнике, а отец не сразу вытащил его.

Зато как в школу вернулся, поклонниц у него прибавилось. Даже парни хвостом ходили, и выспрашивали, как оно там, в неволе.

— Меня отец не отпускал никогда. Я вот тоже одно время мир хотела изменить.