Подкидыш для хулигана

Я, наверное, не так объяснила, – покачала я головой. — Она живая, не робот, эмоции не прячет. Отца вспоминает часто, каждый вечер просит Лешу дать телефон, и смотрит на фотографию Стаса – родного отца. Иногда капризничает, темноты боится, но не трясется от ужаса. Все, что с Марьяшей случилось, в любом случае повлияло на нее, но не так, как могло бы.

Валентина Игоревна кивнула, внимательно выслушав меня, а затем подмигнула, глядя мне за спину. Я обернулась, и увидела взмах светлых кудряшек.

— Любопытная девочка, – весело прокомментировала она.

— Ладно, я пойду. Можете не переживать, первую проверку вы прошли. Будут еще, в том числе промежуточные, когда будете проходить школу приемных родителей.

Женщина нагнулась, начала обуваться, а я смогла расслабиться. Никаких эксцессов в духе ситкомов не произошло, Леша не вывалился из шкафа, у него не зазвонил телефон, Марьяна не решила выкрикнуть, что он прячется, потому что подрался. Ура!

И именно в этот момент, когда я пела оду нашей везучести, в дверь позвонили.

Валентина Игоревна как раз завязала шарф.

— Всего доброго, – кивнула она мне, я открыла дверь, пропуская проверяющую из квартиры, и увидела… не может быть!

Здесь Алена собственной персоной.

— Привет, – она взволнованно уставилась на меня. — Хорошо что ты дома. Алекс здесь? Здравствуйте, – кивнула Алена заинтересовавшейся проверяющей, которая почему-то не нажала на кнопку вызова лифта, а стояла и рылась в сумке. — Слушай… забыла, как тебя зовут, прости.

Я знаю, что меня не звали, адрес я пробила сама, прости, что без приглашения…

— Алена, не нужно, – перебила я ее бессвязную речь. — Лучше созвонись с Лешей, и обсуди все по телефону. Ты невовремя пришла.

— Я знаю про Стаса! Узнала, что он погиб. Значит, дочка у Алекса, да? – щеки девушки раскраснелись, пятнами пошли. — Это моя…

— Заходи, – я резко, и достаточно грубо схватила Алену, и затащила ее в квартиру, чтобы Валентина Игоревна не услышала окончание фразы.

Вот, что Алена готовилась произнести.

— На кухню! – скомандовала я.

— Ты не очень-то вежлива, – надулась Алена, и принялась разуваться.

Так странно это – видеть в этой красивой женщине милые черты лица Марьяны. То же выражение лица, та же мимика. Они до жути похожи, малышка вырастет точной копией своей матери.

Я уже хотела идти в спальню, и вытаскивать своего мужа из шкафа, но Леша и сам сообразил, что проверяющая ушла, и вышел в коридор.

— Это еще что? – прошипел он.