И я держусь до последнего.
Детонатором взрыва становится сам же Кобылин.
— Опять ты, — нахально обращается ко мне этот урод. — Мстишь мне за нее? — смеется мерзко. — Нашел, за кого мстить. Я же пробовал, ничего там такого…
Договорить у него не получается. Сложно общаться, когда у тебя разбит нос. И губа.
Третий мой удар приходится аккурат в скулу, оставляя Кобылину на память внушительную гематому.
Хрен с ней, с репутацией!
— Ну, Дмитрий Николаевич, — укоризненно тянет начальник группы захвата, но меня не останавливает.
Не решается.
Я успеваю разукрасить мерзкую морду Кобылина, получая от процесса какое-то больное удовлетворение. Отдышавшись, хватаю подонка за грудки и встряхиваю. Разумом понимаю: надо остановиться, — но эмоции сильнее меня.
Вдруг понимаю, что могу отомстить Кобылину иначе. Ударить больнее, чем кулаками. И медленно успокаиваюсь.
— Зря, тварь. Очень зря, — хмыкаю с ненавистью.
Нехотя отпускаю подонка, косясь на камеры.
Шепчу пару слов начальнику группы захвата, дожидаюсь его кивка, который, правда, сопровождается тяжелым вздохом. Но я уверен, этот человек меня не подведет. Мы не раз выручали друг друга.
Подмигиваю Кобылину, вызывая его искреннее недоумение, и скрываюсь с места преступления. И наказания.
Меня сопровождают объективы камер и вспышки фотоаппаратов.
Я же думаю лишь о том, как быстро усмирить котенка прежде, чем она выпустит коготочки.
Заслужил. Впрочем, как обычно.
***
Вечер того же дня
Екатерина
Дима задерживается до поздна. Думает, сможет избежать разговора со мной? Наивный депутат! После сегодняшнего, наверное, еще и бывший. А я ведь просила его не подставляться. Умоляла! Не хотела пускать на проверку бизнеса Кобылина. И не зря! Вечерний выпуск новостей это подтвердил!
Уложив Машу, спускаюсь в гостиную, где нетерпеливо жду Диму.
Стоит лишь ключу повернуться в замке, как я мгновенно подскакиваю и бегу к двери.
Упираю руки в бока и встречаю мужа в боевом настроении. Однако он, кажется, ничуть не удивлен.
— Дима, ты с ума сошел? — шиплю, словно змея.
— Котенок, — Дима выставляет руки перед собой, будто усмирить меня пытается. — Я все объясню.
— Ты рассказывал мне о казино. Уверял, что этого достаточно, чтобы привлечь Лешу к ответственности. Убеждал, что все пройдет тихо и гладко, — предъявляю ему.
