Подлец

Даша права, такие люди ни перед чем не остановятся, если он ее травит, то почему со мной станет церемониться?

Она богата, красива и имеет множество плюсов передо мной, но Мирону и этого было мало. Его вообще волнуют только деньги.

- Работа дома? – морщится муж.

- Да, а почему нет? Верочка же приезжала, помнишь? - не упускаю возможности уколоть.

Смотрит на меня недовольно, и я сжимаюсь. Чувствую, как его бесит присутствие друга и что получу за это.

- Обед есть? – бросает сумку на пол.

Вспоминаю фотографии, которые видела у Даши, и становится противно.

Лобстеров, ясное дело, дома не водится, но, видимо, актер готов есть тут и вареную колбасу.

- Нет обеда.

- Это ты так мужа ждала? – выдает претензионно.

- Денег нет на еду. Уж прости. И на кредит тоже. Привез финансы? - нагло спрашиваю.

- Я что, банкомат? Люди и на десять тысяч в месяц живут и не жалуются, - отвечает привычно.

Аркадий понимает, что лишний, и аккуратно уходит в комнату детей.

- Ты какого хера хорька притащила? – тут же агрессирует Мирон.

– Спишь с ним? Всегда знал, что раздвигаешь, пока я пашу как вол.

- Тебя правда волнует этот вопрос? Сам имеешь кого угодно, но со мной права качать решил? – выплевываю зло.

- Что несешь? Не понимаю, Нин, ты злишься? – меняет тон.

Впервые я вижу такой переход и замечаю, что он хочет расположить меня к себе.

- Я подаю на развод. Все кончено, - не тяну с главным вопросом.

Немое молчание, которое длится вечно, убивает.

- Развода не будет, я не отдам тебя никому, - удивляет муж.

- Что ты несешь? Изменщик! Ты подлый, противный и гадкий человечишко, - срываюсь.

- Нина! – смотрит удивленно.

Еще бы. Ведь я всегда себя держала, одергивала и стелилась перед «героем», не позволяя ничего лишнего, а тут – сказала правду.

- Успокойся, я люблю тебя, - хватает за руки.

- Моим детям нечего было есть, пока ты развлекался в Ницце и на Канарах, вешая мне лапшу на уши, что батрачишь днями в командировке, - отбиваюсь от Мирона. - Это мои дети, потому что настоящий отец никогда не заставил бы своих голодать, - рыдаю, глотая слезы.

- Ты знал, что нашего сына унижают в школе, молча наблюдал и продолжал жрать устрицы, запивая дорогим коллекционным вином. Ты чудовище, Мирон.

- Я делал все ради нас!"

"- Ни лги! - срываюсь на крик. - Ты делал все исключительно ради себя, и только. Я презираю тебя. И даже не смей говорить о какой-то там любви. Подлец.

- Что с тобой?

- Замолчи! – кричу.