Подонок. Наследие

— Так, что там случилось? Почему Оля без сознания, а ты в крови?

— Меньше знаешь, крепче спишь.

— Я теперь вообще не усну.

Сквозь туман слышу как моя подруга снова спорит с моим братом. И даже чувствуя себя ужасно, я не могла не улыбнуться, слушая их перепалку. У них всегда так.

Открываю глаза и понимаю, что я в машине. И меня куда-то везут. Рядом сидит Светка, а за рулем Данька. А это значит, что он все-таки успел.

В один миг перед глазами пролетели все те ужасы, что я испытала, пока его ждала. И когда я уже решила, что тот амбал сейчас ворвется в туалет, думала, что мне конец.

Резко сажусь и смотрю на брата. На нем и правда есть кровь. Несколько алых капель на лице и руках. И еще одно алое пятно на рубашке.

Сглатываю, чувствуя, как начинаю дрожать.

— Оль..? — зовет меня подруга, но я не обращаю внимания.

— Даня, ты… — мой голос хрипит. — Ты ранен?

Если мой брат пострадал из-за меня, то я себе этого никогда не прощу. Данька бросает на меня быстрый взгляд. И я вижу в его глазах, как сильно он за меня переживает.

— Нет. — наконец-то отвечает мне.

— Она не моя, а остальное уже неважно.

Резко бросает мне, опять посмотрев на меня. И его взгляд говорит мне о том, что вопрос закрыт. Больше он ничего не скажет, а если буду настаивать, то пожалею об этом.

Спрашивая это, я просто замираю, чувствуя, как мое сердце начинает бешено биться.

— И ты ему ничего не расскажешь? — с надеждой в голосе смотрю на брата.

Машина резко тормозит, что нас со Светкой чуть выкидывает вперед.

— Эй, совсем, что ли, рехнулся?

Кричит та, обращаясь к Даньке. Но он не обращает на нее никакого внимания. Оборачивается и смотрит на меня. И его взгляд пугает.

— Почему? — повторяет свой вопрос, чуть ли не рыча. — Ты совсем идиотка, Оля? Тебя чуть не похитили. Да, блин, тебя могли бы убить. А все потому что ты за каким-то чертом сбежала от меня. А твоя ненормальная подружка тебе в этом помогла.

— Соколовский, ты переходишь все границы. — возмущается Светка.

— Молчать. — рявкает брат. — Вас обеих нужно запереть под замок, и, может, тогда можно будет выдохнуть, надеясь, что вы не вляпаетесь еще к какое-нибудь дерьмо.

— Но все же хорошо. — тихо говорю и понимаю, что это зря.

На какое-то мгновение кажется, что если я скажу еще хоть слово, то Данька просто взорвется. Его ноздри раздуваются, как у быка, что мечтает кого-нибудь убить.

— Ты либо реально дура, либо хорошо притворяешься.