Подонок. Наследие

На его губах появляется улыбка, а глаза загораются радостным блеском. Невольно и сама улыбаюсь, поддаваясь порыву.

Понять, что он имеет в виду, труда не составляет. Ноги уже несут его к детям. Замирает у кроваток и внимательно их рассматривает.

— Красавцы. — слышу я его тихий голос. — На тебя похожи.

С этим я бы поспорила. Как по мне, то наши сыновья — точная копия папочки. Хотя возможно, что просто так кажется. Но при взгляде на них, я вижу только Багрова.

Хочу снова попросить его уйти, но не успеваю сказать и слова, как один из близнецов начинает плакать.

Спешу к ним, но Димка меня опережает и берет на руки Никиту. Теперь настала моя очередь замереть и наблюдать за тем, как отец прижимает к себе сына. Кажется, я даже перестала дышать, а мое сердце — биться.

Невероятная картина, наполненная нежностью и любовью.

Именно об этом я мечтала когда-то…

Когда верила, что наша любовь никогда не умрет.

В очередной раз понимаю, что я так и осталась наивной дурочкой.

Димка укачивает Никитку, а продолжаю просто стоять в стороне и наблюдать.

Хотя мне и стоило выгнать его, но я почему-то оттягиваю этот момент, давая ему возможность немного побыть с детьми. Все-таки он их отец. Но где-то глубоко внутри меня продолжает съедать мысль, что он сам отказался от нас. И теперь у него нет никаких прав быть здесь.

Уложив Никитку, Димка снова развернулся ко мне. Его лицо светилось от счастья.

— Спасибо тебе за сыновей.

Говорит мне, делая шаг в мою сторону. Отступаю, вытянув руку вперед.

— Дим, тебе лучше уйти.

— Я не уйду, пока мы не поговорим.

— Мне кажется, мы уже все друг другу сказали. Да и ты ясно дал понять, что ни я, ни наши дети тебе не нужны, когда прислал мне документы на развод.

На секунду закрываю глаза, пытаясь сдержать слезы, что так и рвались наружу. Мне очень больно вспоминать все это. Но еще больнее стоять в метре от него и не иметь возможность обнять. Он сделал свой выбор, и теперь мне надо сделать свой.

— Будь у меня воля, я никогда бы не оставил вас. Но на тот момент так было нужно.

Ты должна понять.

— Должна? — из моих вырывается истерический смешок. — Я подписала документы на развод, и с того момента я тебе больше ничего не должна.

— Оль, не говори так.

— И что ты предлагаешь? Чтобы я сейчас проглотила все, а потом сделала вид, что ничего не было? Так не пойдет. — мой голос срывается. — Боже, Багров, да я тебя видеть не могу. И знаешь что? Я никогда, слышишь, никогда не прощу тебя. А теперь убирайся и больше никогда не возвращайся.