Ты понимаешь это? Винченсо, ты полностью эмоционально зависишь от нее.
— Ты утрируешь. Да, я всегда получал информацию о Мелкой ровно в полночь, но не всегда сразу просматривал ее. Только когда у меня было время.
— Помнишь, ты когда-то спал с Джиной Кардинале? Так вот я слышал, что она разнесла слух о том, что ты, трахаясь с ней, не единожды мог прерваться в процессе, потому, что у тебя телефон пищал и, вообще забывая про Кардинале, ты шел что-то просматривать на нем. Могу поспорить, что это происходило ровно в полночь и на телефоне ты просматривал информацию о Гвидиче.
Винченсо, это уже ненормально. Я говорю, что ты одержим, но на самом деле считаю, что все намного хуже. Последний год ты жил по принципу «Сам не могу получить и никому не дам» и я знаю, что ты после возвращения в Бергамо, каждую ночь ездил к ее дому и, если бы она сама не приехала к тебе неделю назад, ты бы рано или поздно сам пришел к ней. Винченсо, я за тебя волнуюсь. Невозможно настолько сильно зависеть от другого человека. Что с тобой будет, если ты все же не сможешь быть с ней? Ты об этом думал?
— Не нужно за меня волноваться.
И прекращай за мной следить. Лучше сделай так, чтобы Гвидиче быстрее нашли."
"Глава 19 Машина
— Тебе жить надоело, — Винченсо не спрашивал, а утверждал. Я заметила, что он сжал одну ладонь в кулак и вообще выглядел так, будто намеревался прямо сейчас на куски порвать Ксиана. Ян же, будто не замечая нависшей опасности, или просто игнорируя ее, продолжал лениво листать меню.
— Вижу, что ты все так же готов убить всех, кто прикоснется к Мелкой, — для меня жутко непривычно звучало «Мелкая» произнесенное Яном.
Так меня называл только Винченсо.
— Тебя готов убить и без этого.
— Да, я это уже понял, — Ксиан оторвал взгляд от меню и посмотрел на Медичи. — Но, тем не менее, ранее у нас было перемирие.
— Которое ты нарушил, — Винченсо облокотился кулаком о стол, нависая над Ксианом. Следующие слова говорил не громко, будто предназначая их только Яну. — Когда я хоронил ее, ты приехал, чтобы выказать соболезнования.
Когда гроб, как я думал, с ее обгоревшими костями, закапывали, ты стоял рядом со мной, но, узнав, что Ромола жива, за моей спиной ты ее касался. Тебе, мразь, я с удовольствием сверну шею.
— Что значит «когда я хоронил ее»? — встав со стула, но все так же частично оставаясь за спиной Медичи, я влезла в разговор. Не смогла сдержаться, ведь эти слова слишком сильно резанули слух.
Это мама занималась похоронами. Она хоронила Фелису.
