Не хотела этого ощущать. Не желала, чтобы ненавистный человек, подчиняя себе, вызывал в теле приятную слабость своими жесткими поцелуями. Это было так унизительно и вызывало саморазрушение.
Уже до скрежета стискивая зубы, я старалась абстрагироваться от того, как Медичи целовал мое тело. Жарко, жадно и, временами, болезненно. Оставляя следы и жжение на коже.
— Мелкая… — отдаленно мне показалось, что он произнес это слово, но я и в этом не была уверена. Зато, я расслышала его рык, с которым Винченсо одной рукой приподнял меня за бедра и губами словил мой сосок.
Меня будто бы ошпарило кипятком и буквально на несколько секунд я забыла как дышать, как-то сама по себе, прогибаясь в спине. Ощущение его губ на моей груди — еще один сильный удар, дающий понять насколько я слаба. Медичи игрался с моим телом, наглядно показывая, что оно мне не подвластно.
До этого момента я не знала, куда деть руки, но сейчас, в каком-то непонятном мне порыве, пальцами вцепилась в его плечи, ощущая то, насколько его тело было напряженно.
Сразу делала это, чтобы приобрести устойчивость, а потом со всей силы попыталась оттолкнуть Медичи.
Убрав ладонь от шеи, Винченсо провел ею по моей талии и бедру, а потом пальцами скользнул к моему самому интимному месту и, как только он коснулся меня там, я зашипела, пытаясь отодвинуться. Вся сжалась и в который раз прикусила кончик языка. Вновь по телу бежали мурашки, скапливаясь внизу живота.
Меня трясло и в состоянии полного исступления, я дышала через раз, но все равно отчетливо различала аромат терпкого одеколона Медичи.
Я помнила его еще с тех пор, как мы только познакомились. Я дышала этим запахом, когда, будучи еще совсем мелкой девчонкой, сидела в машине Винченсо и он отвозил меня домой после школы. И дышала им сейчас, когда губы парня болезненно ласкали грудь и, а грубые пальцы касались влажных складок, доводя меня до грани.
— Сжимаешься и стонешь, как девственница, — прохрипел Медичи и мне показалось, что ему нравилось то, как я себя вела.
Особенно хорошо я это поняла, когда ощутила через ткань его брюк твердый член. — Молодец, Фелиса. У тебя талант. Быть переебанной столькими мужиками, но в постели вести себя не только соблазнительно, но и невинно. Раньше с тобой было не так интересно.
Я уже была сама не своя и слова парня стали чем-то сродни сильного удара, который тут же выбил почву из-под ног.
