Подонок

"Соболева Ульяна

Подонок

Глава 1

Да подальше всё пошлоПоболело и прошлоКто расскажет о любвиВ которой прячется теплоГде обиды, а где больВсё пройдет само собойКак на рану сыпать сольВедь ранила меня стрельбойДа подальше всё пошлоПоболело и прошлоКто расскажет о любвиВ которой прячется теплоГде обиды, а где больВсё пройдет само собойКак на рану сыпать сольВедь ранила меня стрельбой(с) Поболело и прошло

HENSY

— Ты, щенок, как смел меня так опозорить?

— Кто знал, что гаишники окажутся несговорчивыми. Но ты прикормишь.

Генерал Галай вскочил со стула и облокотился на дрожащие руки, наклоняясь к младшему сыну, а Демьян взгляд отвел и на стены смотрит усмехаясь. Везде отец. То руку жмет самому президенту, то министру обороны, то еще какому-то высокопоставленному индюку.

— Я тебя, гниду такую, оставлю без копейки. Без карточек, без наличности, без машины.

Не смотрит на отца, а презрительно разглядывает портреты на стене, сложив руки за спиной. Темные волосы взъерошены и заправлены за уши, черная косуха сброшена с плеч, на которых места живого нет от татуировок, под курткой только тонкая майка белая с изображением скелета, играющего на гитаре.

— По хер. Засунь свое бабло себе в задницу. Интересно, если бы этот гондон в фуражке протянул тебе ручку — ты бы ее поцеловал?

Зашла секретарша с подносом.

— Или ей в задницу вместе с…

Присвистнул, и отец тут же гаркнул:

— Пошла вон! Я тебя не звал! — обернулся к сыну. — А тыыыы. Чтоб глаза мои тебя не видели, и ключи от машины сюда положил, вместе с портмоне и карточками.

— Да ради бога! Срать я хотел на твои деньги!

Зеленые глаза парня сверкнули яростью. Он швырнул и кошелёк, и ключи на блестящий, отполированный стол. Генерал Галай протянул руку и схватил сына за плечо, разворачивая его к себе, но тот тут же сбросил его ладонь, глядя исподлобья на отца. Взгляд страшный, волчий. Как будто вот— вот кинется и загрызет живьем.

— Я уже одного сына потерял! Тебя не хочу! Не моими руками!

— Твоими… все было твоими руками, батя! Ты сам прекрасно знаешь.

Замахнулся, чтобы ударить сына, но тот отшвырнул руку генерала.

— Заткнись! Не смей так говорить о Ирине!

— Как хочу, так и говорю. В отличие от твоих жополизов, только правду, которая тебе не нравится. Шалава твоя Ирина и живет с тобой ради твоего бабла! Все. Мне пора.