Нам с герцогом удалось узнать, что ее схватил, чтобы продать в рабство, мужчина, которого здесь называют англичанином. — Тристан на долго замолчал. Должен ли он сказать ей, что этот англичанин — Блекстоук? Нет. Это, пожалуй, единственное, о чем он не расскажет ей. Право мести этому подонку будет принадлежать только ему самому. Джасинде нет необходимости знать, что человек, за которого она едва не вышла замуж, украл его сестру. — Мы знали об этом, но было неизвестно, куда ее увезли. Мне необходимо выяснить это.
В порту я распустил слух, что нахожусь в затруднительном положении и готов перевезти любой груз. Трюк сработал, и меня наняли для перевозки женщин в Константинополь.
— Но, Тристан…
Он поднял руку, заставляя ее молчать.
— Я сообщил своему другу Денни О'Баньону о своем прибытии, попросил помощи, объяснил, что собираюсь делать. Мужчина, которого ты видела, сделал вид, что купил всех пленниц сразу. Он посадит их на корабль и недели через две отправит обратно в Англию.
Они никогда не попадут в рабство. Кроме того, мы компенсируем им все трудности, что им пришлось перенести в море.
— А Элла! Она в Константинополе?
Тристан сел рядом с Джасиндой и, сжав руки, уставился на пол."
"— Не знаю. Молю, чтобы она оказалась здесь, потому что не представляю иначе, где ее искать. Я знаю, что Пеннивайт часто устраивает торги для того англичанина. И если кто-то и может навести на след Эллы, так только он.
Рука Джасинды обвила спину Тристана, она положила ему на плечо голову.
— Не волнуйся, Тристан. Мы найдем ее. Я буду помогать тебе, как только смогу!
Тристан пристально смотрел в ее золотистые глаза.
Беспредельная любовь Джасинды радовала и пугала его одновременно. Достоин ли он такой преданности?
— Мы должны разработать верный план, — задумчиво сказала Джасинда.
Тристан ласково взял ее лицо в свои ладони и, приблизив к себе, поцеловал.
— Первое, что мы сделаем, любовь моя, — нежно сказал он, — докажем, что ты не солгала мистеру Пеннивайту и мистеру О'Баньону.
Мы должны найти человека в рясе, и я буду счастлив сделать тебя миссис Дансинг. Вы окажете мне такую честь, леди Джасинда?
— Трис, — ответила она, — сердцем я давно уже твоя жена. Но когда это случится на самом деле, я стану еще счастливее.
Джасинда нарядилась в изумрудно-зеленое платье для верховой езды, то самое, которое много-много недель тому назад надела специально для Тристана.
