Как я могла его раньше любить? Чудовище!
— Только попробуй появится рядом с ней! — Майоров с трудом удерживает себя. — Уничтожу!
Стас понимает, что Женя не шутит. Понимает, что теперь у меня есть тот, кто всегда защитит. Отступает. Зло сплевывает кровь и, смерив нас убийственным взглядом, бросается к двери.
— Вот сука! — Женя выдыхает, все еще не в состоянии успокоится. — И это твой муж?
— Бывший, — киваю.
— И я тебя никак не мог уговорить от него уйти? Вот от этого козла?
— Я не знала, что он такой.
Стас хорошо маскировался.
— Чтобы я имени его больше не слышал!
Поднимаю руки в примирительном жесте. Внутри такой ураган, чувствую себя как минимум Еленой Прекрасной, из-за которой Троянская Война началась. Очень волнительно.
— Ты как? — шагаю к нему. Прижимаюсь, уткнувшись носом в шею, от удовольствия даже глаза прикрыв. Мой. Любимый
— Нормально, — наконец выдыхает, обнимает одной рукой, второй в волосы мои зарывается, — если честно, сдрейфил.
— Стаса испугался?
— Нет.
Тебя, — усмехнулся он, крепче к себе прижимая, — когда ты ворвалась в зал, а на мне курица эта висела. Ну все думаю, п**дец. Сейчас развернешься и уйдешь.
— Тебе не понравилась девочка? Красивая, сисястая.
— Ты лучше, — целует в висок. — Дурная, конечно, но все равно лучше.
Шутливо толкаю его в бок.
— Как ты здесь оказалась? — интересуется Женя, окончательно успокоившись.
— Мне позвонила… подруга, и предупредила о том, что Стас хочет тебя подставить. Я тебе дозвониться пыталась, чтобы предупредить, но не вышло.
— Я телефон расколотил сегодня. Уронил на лестнице. Вдребезги, — поясняет он, поглаживая мои волосы.
— Потом сообщение с неизвестного номера пришло. Дескать приезжай, смотри, чем мужик твой занимается.
— Испугалась?
— Испугалась, — не отрицаю, — если бы ты подвел, я бы умерла. Сердце бы не выдержало.
— Глупая. Я тебя люблю. Никто мне больше не нужен.
— Даже просто напряжение снять после рабочего дня? — спрашиваю сдавленно, чувствуя, как ком к горлу подступает.
— Тем более, — Женя мягко отстраняет меня. Ладонями обхватывает мое лицо, приподнимая его, вынуждая смотреть себе в глаза, — я — не он, Лика. Не он.
Киваю только, потому что не могу найти слова. В глазах пелена из-за внезапно накативших слез, губы дрожат.
— Ну, что ты, девочка моя, — прижимает к себе, поглаживая спину, волосы, целуя в макушку.
— Ничего, — шмыгаю носом, — это от облегчения.
Мы молчим.
