Совместное возлежание на диване перед телевизором и походы в гипермаркет за продуктами.
Надо исправлять. Разжечь заново искру в наших отношениях!
Когда Стас приедет к нам на корпоратив и увидит меня такую, уверена, забудет обо всех своих Валерах.
Уже предвкушаю, как загораются глаза благоверного.
Плотоядный взгляд, скользящий по мне, трепет крыльев носа, по-звериному на меня реагируя, и пошлости на ушко хриплым голосом.
Наверное, сегодня удастся переступить через себя и ответить взаимностью, обнять супруга, поцеловать… Заняться, наконец, сексом!!!"
"В памяти опять звучит: ""Ста-а-ас"", — меня передергивает, но держусь.
Зарываю подальше гадкие воспоминания, собираю вещи и отправляюсь на работу.
Сегодня будет хороший день. Сегодня все начну заново, все исправлю.
Верну себе Стаса! Семью! Сегодня…
День пролетает незаметно, растворившись в бесконечных отчетах, внезапно свалившихся на наш отдел. Не успеваю думать ни о чем другом: дела, дела, дела. Даже передохнуть некогда.
Стараюсь успеть все до окончания смены, а то вместо корпоратива останусь в офисе хвосты подчищать. Не очень приятные перспективы. Варька где-то бегает с документами, а Церберша лютует, наваливая мне все больше и больше поручений. Наверное, специально хочет меня довести, испортив настроение перед корпоративом.
Но, не тут-то было!
Я стараюсь — работаю, не покладая рук, пропустив обед, а заодно и звонок от любимого мужа. Непринятый вызов обнаруживаю, когда завалы разобраны, силы на исходе, а в душе удовлетворение от выполненной работы.
Бросив взгляд на строгие часы, украшавшие наш маленький кабинет, убеждаюсь, что времени еще предостаточно. Осталось прибраться на рабочем месте.
Пребывая в прекрасном расположении духа, выхожу в коридор, подальше от всевидящего ока Церберши, и звоню мужу.
— Привет! — радуюсь, когда абонент бросает короткое “да”.
— Привет, котенок, — голос ласковый, родной. Словно в лучах солнца греюсь. Ну, вот как на Стаса обижаться?
— Я закончила, сейчас начну собираться, — гордо сообщаю мужу, — так что приезжай к семи, как и договаривались.
— Лика, — он тяжко вздыхает и с нескрываемым сожалением произносит: — понимаешь, тут такое дело…
Сердце ухает куда-то в живот.
— Какое? — сиплю, чувствуя, как удавка вокруг шеи затягивается.
— Не удалось перенести важную встречу. Так что я на работе, и во сколько закончу неизвестно.
В груди жжет, колет, кислотой разъедает.
