Он объяснит эту нелепую случайность.
Секунды превращаются в минуты. Мозг отказывается принимать реальность. Жестокую, грязную, в которой я — не любимая женщина, а очередная жена, от которой муж ходит на сторону, как ни в чем не бывало возвращаясь домой, после другой женщины.
Так плохо становится, что глаза нестерпимо режет, но держусь, не даю себе права заплакать. Нельзя. Не хочу, чтобы Стас увидел меня зареванную.
Я его дождусь, и мы поговорим. Наверное произошло чудовищное недоразумение.
Иду к ящичку, достаю таблетки и дрожащими руками открываю пузырек с валерьянкой.
Две таблетки. Нет лучше три. Пять!
Закидываю в рот и запиваю холодной водой. Трясет так, что стакан звонко ударяется о зубы.
Черт! Черт! Черт!
Ну, не может же этого быть! Не может?
Вся романтика, что еще час назад казалась прекрасной, вызывает у меня приступ негодования. Хватаю огарки свечей, лепестки и отправляю в мусорное ведро.
Еду сваливаю в кастрюли, а тарелки швыряю в раковину. Потом спешу в комнату. Стаскиваю с себя новое белье и зашвыриваю его вглубь шкафа, переодеваюсь в домашнее.
Волосы собираю в хвост, а в груди в этот момент стягивается ледяная петля вокруг сердца.
Как он мог? Как?
Все еще пытаюсь убедить себя в том, что это ошибка, но в то же время с пугающей отчетливостью понимаю, что никаких ошибок нет.
***
Стас появился дома через полчаса.
Я его не встречаю. Нет сил. Слез нет. То ли таблетки помогли, то ли шок сдавил настолько, что ощущаю себя неживой, заторможенной. Лежу в кровати, накрывшись с головой одеялом, отрешенно слушая, как он раздевается в прихожей.
— Милая!
Дернулась, услышав привычное обращение, родной голос, а потом зажмурилась, вспомнив, как совсем недавно звучало его хриплое ""да, детка"".
Жмурюсь еще сильнее, надеясь придавить пустоту, расползающуюся в груди.
Все это сон. Дурной, болезненный сон. Надо проснуться!
Стас заглядывает в комнату, а я отчаянно притворяюсь спящей: понимаю, что не в состоянии сейчас с ним говорить, в глаза лживые заглядывать.
Меня на это не хватит.
Поэтому лежу… лежу и прислушиваюсь. Как ходит по квартире супруг, принимает душ, копается на кухне, а в ушах стоны любовников звучат, рычание, всхлипы.
Мир будто вывернули наизнанку: меня бросили в самое неприглядное и дурно пахнущее нутро и, удерживая за шиворот, не давали вынырнуть и сделать вдох.
Как больно.
Хочу заснуть, но не получается. Вокруг словно ватная пелена.
Стас смотрит телевизор в гостиной, слышу, как перещелкивает каналы.
