Подсказчик

 — Захотел лично сообщить мне о том, что я уже не в группе». Но она ошибалась.

— Мы нашли могилу отца Рольфа.

Сердце девушки сжалось в предчувствии самого плохого.

— Он умер около года назад по вполне естественным причинам.

— И где его похоронили?

Из этого вопроса Горан понял, что Мила уже обо всем догадалась.

— За церковью. Там обнаружено еще несколько могил с останками животных.

— Отец Рольф держал его в узде.

Убийство животных вполне характерно для этой стадии. Начало всегда неизменно: подверженный этому влечению индивид, не получая удовлетворения в достаточной степени, переносит свое внимание на себе подобных.

Вот так и Рональд рано или поздно начал бы убивать людей. По сути, этот опыт стал частью эмоционального багажа, полученного им еще в детстве.

— А сейчас мы его остановили.

Горан медленно покачал головой:

— Это Альберт остановил его.

Как бы парадоксально это ни звучало, но все было именно так.

— Роке скорее заработает инфаркт, чем согласится с таким утверждением.

Мила подумала, что своими рассуждениями Горан всего лишь пытался отсрочить известие об отстранении ее от дел, и решила спросить его напрямую:

— Меня ведь отстранили, правда?

Мужчина, казалось, был удивлен.

— Почему ты так решила?

— Потому что там, в приюте, я наломала дров.

— Мы все это делаем.

— Я спровоцировала смерть Рональда Дермиса: теперь нам ни за что не узнать, как Альберту стала известна его история…

— Во-первых, я полагаю, что Рональд предвидел свою смерть: он хотел положить конец неопределенности, мучившей его на протяжении стольких лет.

Отец Рольф сделал из него не настоящего священника, убедив юношу в том, что тот сможет жить дальше как человек с любовью к ближнему и Богу. Но Рональд хотел не любить ближнего, а убивать его для собственного удовольствия.

— А как Альберт узнал об этом?

— Должно быть, в какой-то момент своей жизни он сталкивался с Рональдом. Другого объяснения я найти не могу. Он понял то, что до него понял отец Рольф. И он появился там, потому что оба, он и Рональд, оказались очень похожими.

Каким-то образом они встретились и даже рассказали друг другу обо всем.

Мила глубоко вздохнула, размышляя над перипетиями судьбы. Рональд за всю свою жизнь был понят только двумя людьми. Священником, который не нашел ничего лучшего, как скрыть его от мира. И таким же, как и он, маньяком, который, вероятно, и раскрыл Рональду глаза на его истинную сущность.

— Ты могла стать второй…

Слова Горана прервали размышления девушки.