Подсказчик

— С этого момента становится ясно, что речь уже идет не просто о случаях исчезновения, — продолжал Роке, жестом призывая окружающих выслушать его краткую речь.

Такова была давняя традиция. Роза, Борис и Стерн приблизились к нему и слушали его замечания, уставившись в землю и скрестив за спиной руки.

И каким бы изощренным этот субъект ни был, он действовал абсолютно спокойно.

Роке, который на всякий случай уже давно включил Гавилу в оперативную следственную группу, обратил внимание на то, что криминолог, неподвижно глядя перед собой, был полностью поглощен своими мыслями.

— А ты, доктор, что об этом думаешь?

Горан, вынырнув из глубокого молчания, в котором пребывал, произнес только одно слово:

— Птицы. — Сначала никто не понял. Но он невозмутимо продолжал: — Я не сразу заметил и только сейчас обратил на это внимание. Странно. Послушайте…

Из мрака леса доносилось щебетание множества птиц.

— Они поют, — с изумлением произнесла Роза.

Горан обернулся к ней и согласно кивнул.

— Все дело в свете. Птицы перепутали и решили, что это рассвет. И потому запели, — объяснил Борис.

Мертвая тишина. Криминолог очередной раз отыскал маленькое и емкое, полное особого смысла символическое значение. То, что другим зачастую просто не под силу увидеть либо — как в этом случае — почувствовать. Детали, очертания, оттенки. Мрак, окружающий вещи, темная аура, в которой притаилось зло. У каждого убийцы есть свой замысел, точная форма, обеспечивающая ему удовлетворение и гордость.

В этот момент к ним приблизился техник в белом одеянии и с выражением недоумения на лице обратился напрямую к старшему инспектору:

Учитель музыки разговаривал.

Однако вовсе не это было самым удивительным. Подобное случалось неоднократно. Многие одинокие люди, сидя за стенами собственного дома, высказывают вслух свои мысли. Миле тоже случалось разговаривать с самой собой, когда она оставалась одна.

Нет, самое поразительное заключалось в другом. И именно это стоило целой недели засад, устроенных ею на холоде в собственной машине, неотлучно находившейся перед домом коричневого цвета.