Подсказчик

— Он наведет нас на другой труп.

— Я тоже так думаю, Стерн. Но сейчас чего-то явно не хватает, тебе не кажется?

— Чего? — спросил Борис, который, как и остальные, еще не понимал, куда клонил криминолог. Но Горан Гавила не любил легких и прямых ответов. Он предпочитал доводить подопечных до определенного места в своих умозаключениях, предоставляя им возможность остальное домысливать самостоятельно.

— Серийный убийца живет в мире символов. Он идет по своему эзотерическому пути, начало которого было проложено много лет назад глубоко в его сердце, и теперь этот путь пролегает по миру реальному.

Похищенные девочки только средство достижения цели, конечного рубежа.

— Это — поиск счастья, — добавила Мила.

Горан посмотрел на девушку:

Вот чего недоставало. Не хватало символа. Того, что могло завести в неизведанные пласты внутреннего мира Альберта.

В разговор вступила Роза Сара:

— На теле первой девочки нет никаких отпечатков.

— Это вполне разумное замечание, — согласился Горан. — В литературе, описывающей серийных убийц, включая кинематографическую обработку образа, давно подмечено, что они склонны «прокладывать» свой маршрут, оставляя после себя следы… Но Альберт этого не сделал.

— Либо мы не обратили на них внимание.

Первая стадия этого процесса — фантазия.

— Прежде чем объект вожделений находится в реальной жизни, он очень долго зреет в воображении преступника, — продолжал Горан. — Нам известно, что внутренний мир убийцы — это сплетение импульсов и нервного напряжения, но, когда этот мир не способен больше удерживать их в себе, переход к активным действиям становится неизбежным.

Все заканчивается тем, что воображаемая внутренняя жизнь вытесняется настоящей. Тогда убийца начинает моделировать окружающую его реальность в зависимости от его фантазий.

— А каковы фантазии Альберта? — спросил Стерн, засовывая в рот очередной мятный леденец. — Что привлекает его?

— Его привлекает вызов, — ответила Мила. — Возможно, долгое время он был или ощущал себя недооцененным.

Теперь хочет доказать, что он лучше других… и лучше нас.

— Но ведь это же он просто так не выдумал, верно? — спросил у присутствующих Горан не столько для того, чтобы получить их согласие, сколько потому, что считал этот этап пройденным. — Альберт пошел дальше: он, предвидя нашу реакцию, обдумал каждый свой шаг. Он держит все под контролем. Именно об этом он и говорит нам: он хорошо знает не только себя, но и нас.

Вторая стадия — организация, или замысел.