Онлайн-библиотека книг
Три жизни спасены – это супер, не спорю, но решена в целом вся деранская проблема – и вот это уже основательное достижение. И теперь деранская группировка доживает свои последние денечки, потому что за них возьмутся. Конкретно и основательно, и всем кто выжил, за преступления придется ответить по закону.
– Это не всё, – вдруг произнес Эрих. – Ты не договорила.
Посмотрела на него, и вдруг ощутила, как волоски поднимаются на затылке.
Жуткое очень ощущение, но еще более жутко становится от того, что я не могу понять – откуда это накатывающее чувство ужаса?!
– Продолжай! – требование, вновь заставившее содрогнуться воздух, сад, почву, весь корабль.
И я замечаю то, чего не видела ранее – Эрих напряжен, и настолько выматывается с этим своим вибрирующим голосом, что по виску потекла капля пота. И его взгляд на меня – жесткий, требовательный, абсолютно убежденный в неизбежности моего ответа.
В груди поднимается очередная волна абсолютно ненужной откровенности – сержант Страйк называл это «отрыжкой сыворотки правды»… вынуждена признать, что сходство есть.
– Что с твоим голосом? – спросила, растеряв всю свою расслабленность, и сжимая ладони в кулак, чтобы не продолжить говорить то, что не следовало.
– А что ты чувствуешь? – раздраженно спросил Эрих.
Черт, сказала правду:
– Накатывающую паническую атаку.
Дагрэй замер, нахмурился, и переспросил:
– Что?
Ему хорошо было вопросы задавать, а я со своей нервной системой перестала справляться!
– Паническая атака, – прошипела, стараясь взять дыхание под контроль.
Проговаривая все это, я пыталась перенестись в свое ресурсное место – в класс психологии, где можно было просто сидеть за партой, не опасаясь, что земля под ногами рванет заложенной в ней взрывчаткой, стены класса взорвутся от попавшего снаряда, окружающие начнут подыхать из-за неисправности снаряжения, а болевой шок вгонит в состояние бессознательности в моменте, где помочь себе можешь только ты и никто другой.
– Мелани, – Эрих вдруг улыбнулся, – это последствия применения мною голоса, успокойся.
– Эрих, ты идиот?! – вопрос был задан на грани истерики, поэтому вообще без реверансов и деликатности.
