Холмс за это время два раза менял окраску. Немолодой уже мужчина – Холмсу было никак не меньше пятидесяти лет – то бледнел до синевы, то становился почти черным.
Клим уже начал беспокоиться, как бы Холмса не хватил удар, но все обошлось.
Зажав под мышкой ноутбук, Холмс свободной рукой протянул своему хозяину две пластиковые карточки.
– Сейчас поедем ко мне домой, часа два отдохнем и решим, что делать дальше! – сказал Сид.
Тряхнув головой, Сид встал и быстро направился к автомобилю, который стоял у дверей банка.
На середине пути он остановился, дождался, пока Антей поравняется с ним, и быстро сказал:
– Вот две пластиковые карты. Коды на них написаны простым карандашом. Каждая карта на два миллиона долларов. Это вам за мое освобождение.
Машина медленно тронулась и остановилась в метре от Сида.
Водитель выскочил и открыл заднюю дверцу.
– Садитесь быстрее! – приказал Сид, первым забираясь в прохладное нутро «Бентли».
«Дорогая машина – это, конечно, здорово! Не чувствуется ни одной выбоины, бесшумно работает кондиционер – не жизнь, а сказка!» – рассуждал Клим, наблюдая, как за окном мелькают аккуратные виллы, окруженные ухоженными газонами, бассейнами с голубой водой и детскими площадками, на которых валялись разбросанные игрушки.
Справа по полосе, отделенной желтой прерывистой линией, катило семейство на велосипедах.
Впереди медленно крутил педали дедушка с длинной белой бородой.
В кильватере двигался, сохраняя дистанцию в метр, молодой мужчина лет двадцати семи, в тонких золотых очках, одетый в длинные черные шорты и ковбойскую рубашку с короткими рукавами.
Два мальчугана, оба лет десяти, быстро вертели педали, крутя головами чуть ли не на сто восемьдесят градусов.
Замыкала цепочку девушка в коротких шортах, открывавших полненькие ножки, на которые Клим с удовольствием посмотрел.
– Обратите внимание на эту семейку! Дедушка впереди владеет двумя десятками банков в Штатах.
Его состояние оценивается в шестьсот миллионов долларов! – с уважением сказал Сид.
– Мне больше понравилась замыкающая девушка. На вид ей лет двадцать! – счел высказать свое мнение Клим, который опять нацепил на себя маску страстного любителя женщин.
Сид с осуждением посмотрел на Клима, сочтя своим долгом пояснить:
– Этой девушке тридцать один год. И она мать троих детей.
