Сид радостно улыбнулся и в секунду стал похож на ребенка, которого соседские мальчишки просят дать поиграть только что подаренную новую игрушку.
Но улыбка моментально сменилась жестким выражением лица.
– Едем на ферму в «Хорьхе»! – приказал Сид, быстро выскакивая из «Бентли».
Усевшись за руль немецкого автомобиля, Сид махнул рукой, призывая всех пассажиров пересесть в свое новое приобретение.
Едва толстяк приблизился к «Хорьху», как Сид, привстав, сдернул с его головы панаму и моментально надел на свою голову.
– Поедешь сзади на «Бентли»! – приказал Сид и, протянув руку, повернул ключ зажигания. Старинный мотор мощно заработал.
Конечно, сидеть в прохладе кондиционированного воздуха намного приятней, чем мчаться в открытом кабриолете жарким африканским утром, но надо было следовать за старшим товарищем, да и мальчишеского в Климе оставалось еще слишком много, чтобы отказаться от поездки на старинном автомобиле.
Взревев мотором, «Хорьх» рванул с места.
Не считаясь ни с какими правилами, немецкий автомобиль выскочил на одну из дорог, пересекающих аэродром, и буквально через десяток секунд развил скорость сто двадцать километров в час.
"
"Краем глаза Клим заметил, что из только что приземлившегося самолета выкатывают легковые автомобили. Какие точно автомобили привез американский транспортник, Клим разглядеть не смог.
Проехав километров пять, автомобиль начал притормаживать в конце дороги, которая упиралась в бетонный забор.
Сид снизил скорость до сорока километров в час и повернул направо.
Еще пара километров, и объездная дорога, которая опоясывала аэродром, уперлась в еще одни ворота.
Как и следовало ожидать, едва автомобиль приблизился, ворота открылись.
– Еще немного – и мы на ферме! – счастливо улыбаясь, пообещал Сид.
– Вы мне подробнее расскажите, что представляет собой ваша ферма? – попросил, не отрывая взгляда от дороги, Антей, удобно расположившийся впереди.
В отличие от Клима, который ногами упирался в переднее сиденье, Антей вытянул свои длинные ноги во всю длину и полулежал на своем месте.
– Ферма расположена на берегу Захрейновского моря в бухте Кивен-Бич. Собственно говоря, вся бухта является моей собственностью. Общая площадь – примерно двадцать две тысячи акров, включая прилегающее пространство в радиусе пяти миль. И все это принадлежит мне на правах частной собственности. Сами видите, что пробраться незаметно по этой дороге, которая является единственной, практически невозможно.
