Подземелье смерти (=Конан и Бог-Паук)

Конан скользнул к кровати и прошептал:

Красавица не шелохнулась. Тогда киммериец легонько потряс ее за нежное покатое плечо. Джамиля медленно открыла глаза. И вдруг ресницы ее затрепетали, она тихо ахнула. Конан широкой ладонью зажал ей рот, и потому вместо крика вышел слабый стон.

— Тсс, госпожа! — прошипел он. — Я пришел освободить тебя.

Он отнял ладонь от ее губ, но не убрал руку совсем, на случай если Джамиля вздумает звать на помощь.

— Кто… кто ты? — прошептала Джамиля.

— Зови меня Ниал, — пробурчал Конан.

 — Я здесь по поручению господина Парвеза, посла короля Йилдиза. Посол ждет поблизости.

— Как ты докажешь, что это правда?

Конан снял перстень с печатью и передал его женщине.

— Вот это посол велел показать тебе. Здесь слишком темно, чтобы увидеть печать, но ты можешь нащупать ее большим пальцем.

Джамиля погладила кольцо.

— Как ты вошел сюда?

— Кирмизи спит со снотворным в брюхе. Идем! Ты должна довериться мне, если не хочешь оставаться здесь пленницей.

Джамиля, вдруг вспомнив, что она обнажена, потянулась за одеялом.

— Я не могу встать, пока ты на меня смотришь! Отвернись хотя бы.

— Вот они, женщины! — с отвращением прошипел Конан. — Наша жизнь висит на волоске, время ли соблюдать церемонии!

Все же он отошел к окну и повернулся спиной, напряженно прислушиваясь, не решится ли Джамиля в порыве страха и недоверия ударить его кинжалом в спину. Однако было слышно только шуршание надеваемых в спешке дорогих шелковых одежд.

— Ты можешь повернуться, достопочтенный Ниал, — прошептала наконец Джамиля.

 — Что теперь?

Конан втащил веревку; когда она четкими кольцами легла на полу, киммериец на свободном конце завязал большую петлю и опустил ее за окно.

— Погоди, — сказал он. — Есть у тебя еще подходящий плащ, кроме этих вычурных одеяний? Если тебя увидят в таком виде на улице…

Джамиля подошла к сундуку и достала оттуда черную бархатную накидку с капюшоном. Кован, свернув накидку, бросил ее вниз, стараясь не попасть в спящего тигра.

— Подойди сюда, — сказал он.

 — Сядь на подоконник, и я поддержу тебя, пока ты не упрешься ногами в петлю. Не смотри вниз, но держись за мою руку, пока не почувствуешь под собой веревку. Готово! А теперь держись за веревку обеими руками.

— Веревка колет пальцы, — пожаловалась Джамиля. — И такая высота!

— Что поделаешь, госпожа. Держись, начинаю опускать.

Перебирая руками веревку, Конан медленно опустил женщину на землю. Потом он ощупал крюк, крепко упирающийся в подоконник.