Подземная война

Скорее всего этот хлам намеренно выбросили из торпедных аппаратов, чтобы катера отстали. Судьба загадочной подлодки осталась невыясненной…

Казанцев получил строгий выговор, вернулся в строй. По слухам, на днях он познакомился с девушкой, но история мутная, те же «грабли» не дают спокойно жить. Раненые оперативники шли на поправку и в скором времени собирались вернуться на службу. Майор Лавров к такой перспективе относился осторожно – командовать «санитарной ротой» как-то не хотелось. Полковник Лианозов обещал весь отдел представить к наградам, только Казанцеву – не орден, а медаль.

Вадим не обижался.

– Привет, снабженец, – на соседний балкон выбрался Чепурнов в тельняшке и тоже закурил. – Как она, жизнь молодая?

– Продолжается, Николай, – улыбнулся Алексей. – А твоя как?

– А моя остановилась. Ладно, выберемся. Давно Марину Одинцову не видно. – Сосед устремил задумчивый взгляд на противоположный балкон. – Не знаешь, что с ней?

– А что с ней? – не понял Алексей. – Я ее не караулю. Вроде виделись на днях.

– Давненько уже не приходит. Вчера какие-то типы в погонах в ее квартиру пришли, говорят, обыск проводили.

– Зачем?

– А я знаю? Хорошая девушка, куда могла впутаться? Кабы умерла, то всему двору бы сообщили. Я, если честно, начал к ней присматриваться, вдруг бы что и вышло.

– Может, придет еще, все образуется?

– Может, и придет, – вздохнул Чепурнов. – Слушай, сосед, может, выпьем наконец? У меня бутылочка есть, закуска какая-никакая. Посидим, поговорим.

– Обязательно посидим, Николай, – пообещал Алексей.

 – Но только, извини, не сегодня. Не один я, понимаешь?

– Вот черт. – У Чепурнова от удивления вытянулось лицо. – А с кем ты там? Не с Маринкой же?

– Нет, не с Маринкой. – Алексей выбросил окурок и ушел с балкона, затворив за собой дверь.

Заволновалось скомканное одеяло на кровати, показалось заспанное женское личико. Алексей невольно залюбовался. Волосы торчком, минимум одежд, максимум лукавства в заспанных глазах.

– Вот и утро пришло… – Алина зевнула и рухнула на подушку, разметав руки.

Форменное милицейское обмундирование висело рядом на спинке стула. Там же покоилась кобура – на вид не пустая. – Ну, где ты застрял? – Она приподняла голову. – Иди ложись, все равно испортил мое воспитание.

Он скинул майку, забрался в постель. Далее действовал решительно, бескомпромиссно, пока эта женщина не засобиралась на работу.

– Подожди, на что это мы притязаем? – пискнула Алина и замолчала, только участилось дыхание.