Подземная война

Под городом царили мрак и тишина – людям с нездоровой психикой там делать было нечего. Случались нервные срывы, приступы паники, зрительные и слуховые галлюцинации. Многие сходили с ума.

Оружие и патроны чистили каждый час – все моментально покрывалось ржавчиной. Раны не заживали – гнили, пострадавших прятали на поверхности у надежных людей. У партизан был бледный цвет лица – на поверхности приходилось увертываться от шпиков, которые высматривали подозрительных. Партизаны постоянно пользовались факелами и керосиновыми лампами – без них под землей не ступить и шага.

Особым шиком считались фонари, отобранные у мертвых солдат. Но фонарей не хватало. Поэтому вид у обитателей подземелья был откровенно закопченный. Мужчины перед выходом на поверхность пользовались женскими румянами, что служило нескончаемым поводом для острот.

Освободили город так же успешно, как когда-то сдали. Погода не баловала, снег превращался в грязь, ударила оттепель. На раскисших дорогах творился хаос. Но распутица не помешала наступлению.

Для немцев стало сюрпризом появление Красной Армии под Одессой. 8 апреля 1944 года город был фактически окружен. Потерь в наступающих войсках было немного, и город при освобождении почти не пострадал. Командующий 3-м Украинским фронтом маршал Малиновский, уроженец Одессы, приказал использовать артиллерию только в крайнем случае. Бои за город продолжались меньше двух суток. В спину фашистам ударили выбравшиеся из катакомб партизаны. Только за сутки они уничтожили больше трехсот солдат, обезвредили мины, которые оккупанты заложили под Оперный театр, Городскую думу, Воронцовский дворец, филармонию, промышленные предприятия, причалы и склады морского порта.

Эвакуация морем вражеских войск тоже была сорвана – авиация нанесла удар по судам в акватории порта. Бои шли, как в Сталинграде, за каждый дом, за каждый квартал.

Все закончилось утром 10 апреля. Город был полностью освобожден. Красное знамя заалело на спасенном Оперном театре…

Изучать архивные документы, доносы, докладные, рапорты, оперативные сводки было неблагодарным делом.

Волосы шевелились. В ночь на 10 апреля, за несколько часов до бегства, на улице Островидова гитлеровцы согнали в подвал несколько десятков мирных жителей и сожгли их заживо – без всяких объяснений и предпосылок. Евреев, начиная с 41 года, свозили в Прохоровский сквер, откуда начиналась скорбная дорога в село Богдановку и далее – по концлагерям.