Поединок соперниц

Так неужели вам будет радостнее, если вас в цепи закует этот распрекрасный Эдгар, а не Ансельм из Бери-Сент?

Они замялись, но тут вперед пробрался Цедрик.

— Побойся Бога, Хорса! С Эдгаром мой сын, а уж он не стал бы завлекать нас в ловушку.

— Да одурачен он, как и все вы. Этот Армстронг — хитрая лиса. Вы не знаете его, как я.

Но меня уже не желали слушать, рвались наружу, кто-то начал растаскивать завал под воротами. Я разозлился. Как они смеют не подчиняться мне? Даже выхватил секиру.

— Клянусь всеми духами этих мест, что зарублю любого, кто попытается открыть башню, пока не разберемся во всем!

Остановила ли их моя угроза или сами решили узнать, что их ждет, но люди отступили.

Цедрик даже поднялся к бойнице, стал переговариваться с сыном. Я слышал каждое их слово, и что-то сникло в моей душе.

Хитрец Армстронг действовал наверняка. Едва он узнал о восстании, как поспешил к королю и представил все дело так, что Ансельм превратился в виновника мятежа, доведшего людей до крайности своими притеснениями.

Шериф привел доказательства, и король дал ему полномочия уладить тяжбу на законном основании. Для этого Эдгар выкупил у Генриха опекунские права на несовершеннолетнюю девицу Гиту Вейк.

Проклятье! Этот пес способен кому угодно заткнуть глотку своим золотом. И теперь он здесь — с правами на Гиту и ее земли. Ансельм же отныне выглядит едва ли не разбойником, посягнувшим на чужую собственность и пролившим кровь.

Ничего не скажешь, дальнейшее наше сопротивление выглядело бы глупостью. Люди радовались, что мерзавец аббат будет наказан, а их госпожа получила могущественного покровителя в лице эрла Эдгара.

Но я-то? Выходит, меня уже не считают достойным защищать внучку Хэрварда? Да если бы не я, еще неизвестно, что бы с ней случилось.

Но тут я увидел саму леди Гиту. Впервые за эти дни она улыбалась. Она не замечала ни меня, ни моего взгляда, а в ее глазах светилось нетерпение. Она торопила своих людей и сама рвалась прочь из башни… Скажу только, что я следовал за ней, пока она направлялась туда, где по насыпи уже приближался ее новый опекун.

— Ну вот нам и довелось снова свидеться, Гита, — сказал Эдгар.

Она улыбалась. И как улыбалась! Просто сияла.

— Вы спасли меня, спасли всех нас!

Кровь Водана! Они говорили так, словно были давно знакомы.

— Я много думал о тебе, Гита. Отныне ты под моей защитой и…

— Я так рада! — почти всхлипнула она.

Не вытерпев, я шагнул вперед.

— Ты просто купил ее, шериф. Купил на свое проклятое золото.