Поединок соперниц

Вообще-то на меня многие смотрели. И тресни моя шнуровка, я никогда еще не чувствовала себя такой красивой. А ведь мне было уже двадцать пять, в этом возрасте многие женщины, располневшие и обессиленные многочисленными родами, превращались если не в старух, то в солидных матрон, каким неприлично даже принимать участие в танцах. Я же была стройна и легка, как девушка, одевалась в узкие блио по последней моде, и если кто и шептался за моей спиной, что за время супружества я не понесла от мужа, да еще и прославилась частыми ссорами с ним, то говорили они это скорее из зависти.

Ибо то, что я считалась красивейшей из прибывших в Нортгемптон леди, — бесспорно.

И только родитель сбил с меня спесь, призвав к себе и сурово отчитав за потворство смутьянам вроде Гуго Бигода и за то, что не показала себя доброй женой — тем более что сама настаивала на этом браке. И спросил, почему я до сих пор не беременна.

Да, король был груб со мной, несмотря на преподнесенный мной ему в подарок гобелен «Пляска смерти». Но я едко парировала выпады отца, напомнив, что и его законная дочь не беременела в своем первом браке с германским императором, да и для графа Анжу родила только на шестой год супружества.

Если, конечно, не упоминать ту грязную историю с рождением у нее бастарда от некоего Гая де Шампера.

Но едва я упомянула о том деле, отец так осадил меня, что я ушла от него в слезах. Хотя я сама виновата, ведь знала же, как на короля действует упоминание имени того крестоносца. Те события держались в строжайшей тайне.

Хотя шила в мешке не утаишь, и люди шептались, что король Генрих нанял специальных ловцов за людьми, обещав им огромную сумму, если они доставят к нему оного сэра Гая живым иль мертвым.

Вот так обстояли дела при дворе к тому времени, когда в сером тяжелом соборе Нортгемптона знать присягала на верность моей законнорожденной сестрице Матильде. Но я слышала и разговоры, что не все жаждут оказаться под властью женщины и присягают Матильде лишь в надежде на то, что мой отец проживет достаточно долго и передаст корону повзрослевшему внуку, минуя Матильду.

По завершении церемонии присяги, длившейся несколько дней, начались всевозможные развлечения, в том числе и соколиная охота, совсем недавно вошедшая в моду при дворах Европы. После Крестового похода рыцари переняли ее навыки у арабских эмиров, и охота с птицами стала считаться самой изысканной. Хорошо обученные пернатые хищники — сапсаны, кречеты, ястребы — были необычайно редки и стоили бешеных денег.