Поединок соперниц

Гуго попытался ее удержать, но графиня вырвалась и начала взбираться по лесам. У нее это получалось легко — глядя вниз, я видела, как быстро она преодолевает ярус за ярусом. Она казалась лишенной плоти и веса — как злой дух или ядовитый паук. Лишь на миг, когда Бэртраду заволокло дымом, я потеряла ее из виду. Когда же снова подул ветер, я обнаружила, что она оступилась и повисла на руках.

Ничего в жизни я не желала так пламенно, как того, чтобы графиня сорвалась и упала. Вся сила моей ненависти к этой женщине воплотилась в желание.

Гуго что-то отчаянно кричал, пламя полыхало совсем рядом, грозно гудя и обдавая меня жаром. Потом я увидела, что Гуго и его приспешник бегут прочь, но что это может означать, уже не могла понять. Я стонала от нахлынувшей сумасшедшей боли, распинающей и ломающей все тело. Мой ребенок был напуган, он метался и не мог найти пути наружу, он погибал… А виной всему этому была черная женщина-паук, подбиравшаяся все ближе.

Когда боль немного отступила, Бэртрада уже стояла на дощатом настиле у моей ниши.

Мы были совсем рядом, но, как ни странно, я больше не боялась ее. Осталась только ненависть, ослепительная, как пламя горящей церкви.

— Ну вот и все, — прорычала Бэртрада, извлекая меч из ножен.

Заметила ли она, что со мной? Думаю, ей было безразлично. Я сдерживалась, чтобы она не поняла этого, чтобы у нее не было еще одного повода для злорадства. Поэтому сказала тихо и спокойно:

— Гореть тебе в геенне огненной!

Бэртрада снова захохотала — так, наверно, смеются демоны в аду.

— Сначала ты отправишься туда, шлюха!

Я видела, как она выпрямилась во весь рост, и тоже невольно поднялась, перестав чувствовать боль. Эта женщина причинила мне столько горя, что я сама не раз мечтала убить ее. Сейчас сила на ее стороне, но неужели я буду молча ждать, пока она заколет меня и моего ребенка, словно мясник овец?

Теперь я стояла, одной рукой опираясь на каменную кладку ниши и понемногу пятясь. Графиня занесла меч, пристально глядя мне в лицо, и ее зубы блеснули в свете пламени.

Дым застилал глаза, хлопья пепла летели, как черный снег, воздух дрожал от жара. И уж не знаю, как это вышло, но внезапно я одним движением сорвала свой плащ и в тот миг, когда Бэртрада сделала выпад, комом швырнула ей в лицо. Плащ развернулся в полете, накрыл ее голову, и слепой удар меча пришелся по камням рядом с моим плечом. Я стремительно бросилась вперед и перехватила ее руку у запястья.