Не хватало гербовой печати, которая ставилась под запросом, а подпись отца Кузя подделывал виртуозно, что касается подписи руководителя предприятия, то тут имелись сложности. Особого выбора у нас не было. Институт скорой помощи имени Склифосовского. Наша вотчина.
Итак, нашей задачей под номером один стало проникновение в кабинет главврача. Печать хранилась небрежно, в столе, а не в сейфе. Слишком часто ею приходилось пользоваться. Начали мы с того, что выкрали у дежурной по административному корпусу ключи от кабинета главврача.
В ночное дежурство, когда на этаже хозяйственных руководителей сидит, а точнее, спит один дежурный, нетрудно снять с доски ключи и сделать отпечатки на пластилине. Для страховки мы подмешали в термос с чаем снотворное."
"Ключи сделал мой однокашник на заводе, где он работал слесарем.
Один ключ от приемной, второй от кабинета. Мы работали азартно, рискованно, и нам везло. Страшно везло. Мы ничего не боялись. В очередное дежурство Фасон поднялся на директорский этаж и попросил у дежурного разрешения позвонить по телефону.
Его знала вся больница. Мать его с детства таскала за собой на работу. Парень рос без отца. Короче, Фасон ухитрился зарядить чай снотворным, как сделал это неделей раньше. Через час путь был открыт. Кузя остался на стреме, а мы прошли в кабинет. Ключи сработали нормально. Стол оказался запертым, и нам пришлось приподнимать верхнюю крышку. Все шло как по маслу.
На двадцати бланках – это все, что у нас было, – мы поставили гербовые печати. По ходу дела сперли какую-то накладную с закорючкой главврача, чтобы иметь образец его подписи.
Закончив дело, мы тихо ушли. Это была игра.
Азартная, интересная и очень простая и легкая. Даже когда настал самый ответственный момент, мы не терялись и даже не нервничали. Склад медпрепаратов находился в подвале одного из фармацевтических заводов. Документ был составлен по всей форме. Кузя имел возможность взглянуть на оригиналы, и ошибка исключалась.
Получать товар доверили мне. Я оставался мальчиком на побегушках, и ничего с этим не сделаешь.
Каждый имел свою степень риска. Фасон ждал меня у ворот на мотоцикле, а я направился в самое пекло. Но и тут все прошло гладко.
На получение препаратов стояла очередь. Отпускали быстро. Документы никаких сомнений не вызывали, но, кроме морфия, нам пришлось вписать и ряд других лекарств, чтобы не вызывать лишних подозрений и вопросов. Я получил пять коробок и ушел. Лишнее мы выкинули на свалку, а сто ампул морфия пошло в дело.
