Несколько дней на вокзале переспать можно!
Ну что Сычев мог ответить сероглазому мальчишке с разбросанными по щекам веснушками? Что он должен сказать старому служаке Петухову? Вернуться домой как побитый пес, чтобы принять поздравления с уходом на пенсию?
– Ладно, Палыч. Деньги я достану. У меня в Москве остались кореша…
– Это точно! И много тебе надо? – Резкий громогласный баритон как гром прозвучал за спиной спорщиков.
Оба тут же обернулись. В двух шагах стоял высокий статный мужчина в синем генеральском мундире с огромной седой шевелюрой.
Именно таким представлял себе Горелов положительного героя. Высокий, голубоглазый, мудрый и справедливый. Ну будто с экрана сошел. Лейтенант уже не сомневался в удаче.
– Смотрю и не перестаю удивляться на старости лет. Мир перевернулся. Мальчишка, лейтенант, читает нотацию старому полковнику, а тот только зенками хлопает. Чудеса! Ну что, Леха, не признал?
– Черт подери, Федька?…
– Он самый. Вот уж не думал увидеть тебя!
Старые приятели обнялись и долго хлопали друг друга по спинам и плечам.
Сычев выглядел маленьким и невзрачным в объятиях московского начальника. Горелову стало обидно за земляка. Почему так?
– Ты что это, Леха, в ходоки записался? – Генерал указал на кучу бумаг, которую держал в руках Сычев. – Что-то не заладилось, если речь о крыше над головой идет и о хлебе насущном?
– Нет, Федя, все в порядке. Я вот с коллегой с периферии приехал. Отвык от казенных взглядов на некоторые вещи.
– Ладно, знаю я тебя. Помню я вас, первых правдорубов. Любите вы против ветра… – генерал покосился на лейтенанта, – пи-пи делать. Не врубились в систему, службы не поняли. Ну ты докладывай, что случилось?
– Не у меня. У Петухова. Помнишь?
– Илья?
– Ну да. Он уже дюжину лет колонией руководит. Двое мокрушников с оружием соскочили. Следы в Москву привели.
– Чертовщина. Петух, который секретаря ЦК с бриллиантами брал, в ИТК гниет?
– Ему несоответствие грозит.
Уже второе. Надо выручать мужика.
– Ладно, Леша, понял. Зайдем ко мне в кабинет. – О Горелове забыли. Лейтенант остался стоять у окна, наблюдая, как двое пожилых друзей пошли вдоль коридора. Огромная ручища генерала легла на узкое плечо сутуловатого следователя, словно орлиное крыло прикрыло слабых сородичей от хищного противника.
В приемной, возле шкафа с документами, перебирала папки секретарша, прикрытая маской строгости.
