Тебя выкинули на помойку, а я подобрал, почистил и теперь хочу починить. Ты у нас завидной невестой станешь.
– Где я?
– Обычная халупа на окраине Москвы. Здесь мы с другом маемся.
Времянка. Теперь ты присоединилась. Втроем веселей.
– Я могу уйти?
– Можешь, если встанешь. Держать тебя никто не будет. Пока без героина ты не выживешь. Но вскоре мы сведем дозу к нулю. К тому же я колю тебе витамины и другие препараты. Но это мелочи."
"Марго смотрела на худого, чуть сутулого доктора и не могла понять, сумасшедший он или блаженный.
– Зачем тебе это надо? – спросила она, напрягая голосовые связки.
– Я не умею отвечать на такие вопросы.
Он пересел к столу, налил в чашку чай и, обняв ее ладонями, начал делать мелкие глотки. Теперь она видела сама, что он зек. Марго осмотрела комнату, диван, на котором лежала, и себя. Ее руки были забинтованы выше локтя, и от них пахло какой-то мазью. На ней была надета мужская байковая рубашка, а под ней ничего.
– Это ты меня раздел?
– Скорее, наоборот.
Ты мне досталась в чем мать родила. Извини, что не купил тебе женский гарнитур, я в них ничего не понимаю. И потом, мне нужна твоя нижняя задняя часть оголенной. Как-то я должен делать тебе уколы. На руках не осталось живого места.
– Где ты меня нашел?
– В багажнике машины. Не лучшее место для молодой леди.
– Я хочу уйти.
– Иди.
– Голая?
– Что ты от меня хочешь?
– Купи мне одежду. Любую. Джинсы.
– Ладно. Но только после того, как закончу лечение.
– Я знаю, что это такое, лекарь.
Меня нельзя вылечить. О наркоманах я знаю не понаслышке. Не будь идиотом, не трать на меня времени. Я не хочу лечиться.
– У тебя на удивление сильный организм, рыжая. Хорошая свертываемость крови и сопротивляемость к ядам. Очевидно, при жизни ты была волевым человеком. С такими данными я через месяц поставлю тебя на ноги. Только после этого я добровольно куплю тебе одежду и провожу до автобусной остановки.
– Ты из казино? – неожиданно спросила Марго.
– Казино? Нет, я из зоны, ИТК-13, Красноярский край.
В комнате воцарилась тишина. Тело женщины начало холодеть, ее прошибал озноб. Лицо покрылось испариной.
– Ну что сидишь, урод? Не видишь, что со мной творится?
– Ничего страшного. Придется потерпеть еще сорок минут.
– Оборзел, гнида! Я же сдохну.
– Но ты об этом мечтаешь.
– Так пришей меня, и дело с концом. Ты же уркаган, чего тебе стоит?
– Врачи-убийцы жили в воображении параноика, который царствовал пятьдесят лет назад.
