К его удивлению, он увидел не того, кого ждал. На площадке стоял Ефимов в штатском костюме. Если бы они могли посмотреть на свои лица со стороны! Тут было над чем посмеяться.
– Извините. Василь Василич дома? – спросил Ефимов, впившись взглядом в чужака.
– Он уехал в отпуск, – ответил Сычев.
– Извините.
Подполковник повернулся и зашагал по лестнице вниз. Сычев захлопнул дверь и вернулся в комнату.
– Боюсь, что Ефимов тут ни при чем, – задумчиво протянул следователь.
– А я могу утверждать, что версию с ограблением можно не рассматривать вовсе.
Горелов стоял возле открытой коробки из-под телевизора и чесал белобрысый затылок. Коробка была набита пачками денег. Сычев подошел ближе, щелкнул языком и добавил:
– А убийца ничего не знал о Кузьмове. Он чужак. Ушел и оставил то, ради чего все они живут!
– Черт! – промычал лейтенант. – И сразу все стало каким-то странным и непонятным.
– А ты хотел, чтобы все шло по твоему сценарию? Рано тебе в Конан-Дойли записываться.
* * *Не ломая своих традиций, Дмитрий Николаевич Шевцов обедал в «Савойе» строго по своему распорядку.
В полутемном пустом зале дежурили телохранители, наблюдал за наглыми мухами и ко всему готовый метрдотель.
Хлыста допустили к хозяину, когда Шевцов перешел к десерту. Яков Корин вел себя свободно и присел к столу раньше, чем его пригласили. Но Шевцов не придал этому значения, его беспокоили другие проблемы, и он не скрывал своего раздражения.
– Что творится в казино, Гек?
– Некоторые перестановки. Мелочи, которые вас не должны беспокоить.
К тому же они были согласованы с вами. – Шевцов поковырял фруктовое желе, но есть не стал.
– Некоторые? Легавый сел в кресло главного звена. Это не шутка.
– Он под моим контролем.
– А что случилось с Глухарем?
– Диагноз – паралич сердца. Это заключение врачей. Мы ничего не потеряли. Глухарь давно уже вышел из-под контроля и работал на себя при поддержке банды Соленого. Он выполнял наши требования, хоронил и вычищал мусор за стрелками Князя, выполнял охранные функции, но этого слишком мало.
Шевцов вытер губы салфеткой и закурил.
– Значит, Глухарь пользовался нашей крышей в своих целях. Где его люди?
– Разбрелись по мелким группировкам.
– И кто же будет нас защищать? Где силовики?
– Мы пустим в подвал ментов. Они еще не избалованы красивой жизнью и будут служить с большим рвением. Свято место пусто не бывает.
– Хочешь создать филиал Петровки под эгидой игорного дома?
Четвертый этаж – бордель.
