Карташов сделал трагический вид и нагло врал, не имея почвы под ногами. Болдин лежал в больнице с пулевым ранением в тяжелом состоянии. Пуля задела позвоночник, и о возвращении Болдина на работу не могло быть и речи.
Глупая, наивная ложь, которую легко проверить в течение минуты. Карташов сам не знал, как его занесло, но он шел ва-банк!
– И потом, Алексей Денисыч, я же сказал вам, что мне требуется консультация. Я никаких приказов не подписывал. Возможно, мне показалось, что идея, которая витает в воздухе, заинтересует не только меня, но и вас.
Речь пойдет о вашем старом сослуживце, который работал под вашим началом еще на Петровке. Мне показалось, что вы захотите прийти на помощь старому другу.
– Я вас не понимаю, – удивился Сычев.
– Полковник Петухов был вашим заместителем в отделе внутренних расследований в Москве. Так?
– Так."
"– Надеюсь, вы знаете, что в те самые времена не только вы пострадали, но и ваши сослуживцы. Многие из них оказались в зоне вечной мерзлоты не по своей воле.
Однако никто из них не упрекал вас в том, что вы слишком высоко занесли меч правосудия. Я подумал, что и вы захотите прийти к кому-то из своих бывших соратников на помощь.
– Что случилось с Петуховым?
– Ничего. За долгие годы работы в ИТК он получил три несоответствия, и сейчас ему грозит новое несоответствие. Боюсь, в отставку он уйдет сержантом. Его колония, которой он руководит, находится под юрисдикцией нашего края. Мы обязаны направить к нему следователя. У Петухова ЧП. Соскочили два зека, убийцы.
Разоружен конвой. Если эти побегушники в кого-нибудь пальнут, то Петухову несдобровать. Сами знаете. Люди с подрасстрельной статьей и с оружием на свободе. Виноват ваш друг. А вы косвенно виноваты, что он стал надзирателем, а не генералом в министерстве на Огарева, 6. Такая вот цепочка.
Но если вас моя идея не заинтересовала, то можете продолжать работать над окончанием дела. Я не хочу на вас давить, Алексей Денисович.
– А что же МВД? – тихо спросил Сычев.
– Управление внутренних дел края направило в ИТК младшего лейтенанта Горелова.
Так сказать, сделали, что могли. Мальчишке 22 года. Помогли, что называется!
– Вы разрешите подумать?
– Сколько?
– В течение часа я дам вам ответ.
– Идите. И в течение часа я жду вашего звонка. – Сычев вышел из кабинета. А Карташов полез за носовым платком, которым он пользовался крайне редко. Он сделал непростительную ошибку с выходом из больницы Болдина. Глупая и неоправданная ложь.
