Ее кабинет полностью белый, от стен до письменного стола, до рам с немногочисленными картинами природы. Единственный разрыв в цвете – коричневый цвет дивана и кресла доктора Тейлор. Аромат ванили заполняет пространство, но это может исходить от самого терапевта.
Взяв блокнот, она начинает расспрашивать Лию о ее неделе, и моя жена на удивление отзывчива. Я сосредотачиваюсь на радостных интонациях в ее голосе, когда она рассказывает о Джереми, изучающем новые слова, и о том, как мы ходили по магазинам несколько дней назад.
Она замолкает на несколько секунд, выражение ее лица падает, как и ее голос.
– Доктор Тейлор, если я узнаю, что мой муж сделал что-то плохое ради меня, как я должна реагировать?
Выражение лица терапевта остается спокойным, когда она спрашивает успокаивающим тоном.
– Как вы себя чувствуете?
– Плохо. Я не хочу, чтобы он это делал. Но в то же время я понимаю, почему он это сделал. Или, более конкретно, я знаю, что его природа отличается от моей, и его мозг не устроен так, как у всех нас, поэтому для него это решение было логичным.
Я смотрю на нее, потом на то, как дрожит ее рука в моей. Ей потребовалось мужество, чтобы признать тот факт, что в каком-то смысле она мне сочувствует. Даже если это противоречит ее основным принципам.
Психотерапевт делает несколько пометок в своем блокноте и откашливается, переключая свое внимание на меня.
– Что вы думаете о том, что сказала Лия, господин Волков?
Говоря это, я смотрю на Лию.
– Я думаю, ты храбра, что встала на мою сторону, даже если тебе и не нужно было этого делать.
– Но мы муж и жена. Я должна быть на твоей стороне... так же, как ты должен быть на моей, Адриан.
Я знаю, к чему она клонит. Лия хочет, чтобы я увидел, как сильно она ненавидит мафиозную часть моей жизни. Преследования, убийства и пытки. И хотя я понимаю ее ненависть, от реальности нашей жизни никуда не деться.
Во всяком случае, уход из Братвы означал бы, что я потеряю ее защиту. Мы были бы уязвимы и в бегах. И это не та судьба, которую я навлек бы на нее и нашего сына.
"
"Но для того, чтобы удержать ее и защитить ее разум, мне нужно перестать быть сильным с ее хрупкой психикой. Я подожду, пока она восстановится, и буду поддерживать ее на каждом шагу.
Однажды она поймет, что мир, в котором мы живем, не имеет значения.
Мы – единственные, кто имеет.
Глава 17
Лия
Через неделю мы отправляемся в отпуск.
Это не то место, которое я имела в виду, когда предлагала уединиться.
