Толстовка наполовину расстегнута, открывая верх черного кружевного лифчика. Только Бренна может надеть вещь на молнии, а под низ – ничего кроме белья.
Одной рукой она набирает сообщение, и я подавляю вздох, когда мой телефон жужжит. С беспечным видом читаю послание.
БРЕННА: «Пожалуйста, пожалуйста, скажи, что стояк не из-за меня!»
Все-таки вздыхаю.
Когда она поднимает бровь, быстро печатаю: «Нет».
БРЕННА: «Ок, ладно. У тебя уже стоял, когда я села, так что можно об этом догадаться, просто хотела убедиться. Нам с тобой не суждено быть вместе, милый Фитци.
Я бы сожрала тебя живьем»
Ха. Да она любого бы живьем сожрала. А я необъяснимым образом чувствую глупую потребность оправдать свой стояк. Вернее, бывший стояк, потому что бедняга пал, как солдат Конфедерации.
Я: «Одна цыпочка прислала несколько голых фоток прямо перед твоим приходом. Я же парень, такое дерьмо случается»
БРЕННА: «Подумай о Холлисе. Мне это всегда помогает остыть»
Я громко смеюсь, заставляя всех смотреть в мою сторону.
– Что тебя насмешило? – беспечным голосом интересуется Саммер.
– Ничего. Друг прислал забавный мем. – Я кладу телефон на стол и беру бутылку пива.
– Ты хотел сказать, твоя девушка? – Тон Саммер больше не кажется таким уж беспечным и веселым. В нем сквозит более темная нотка, значение которой я не могу разгадать.
– У тебя есть девушка? – удивляется Нейт. – С каких это пор?
– Она секси? – спрашивает Холлис. Бренна комкает салфетку и швыряет в него. Он легко ее ловит. – Что, нормальный вопрос.
– У тебя не бывает нормальных вопросов, – вздыхает она.
– Она хорошенькая, – неохотно сообщает Саммер.
Я слегка растерян. Мне казалось, она пошутила, но, похоже, речь идет о конкретном человеке. Внезапно меня осенило.
– А, ты имеешь в виду Нору?
– Ага. – Губы Саммер растягиваются в тонкую линию.
– Похоже, ты ее недолюбливаешь, – ухмыляется Нейт.
Она пожимает плечами и тянется за клюквенной водкой. Делает небольшой глоток, и я вижу, что каждый парень в кабинке смотрит на ее губы.
– Я считаю ее высокомерной.
И она мне нагрубила, обвиняя в симпатии к нацистам.
– Прости… Что? – поперхнулся пивом Хантер.
– Из-за Шанель, – объясняет Саммер. – Шанель – мой кумир, а девушка Фитца…
– Она не моя девушка…
– …никак не желала затыкаться, рассказывая на занятии, что Шанель была преступницей военного времени. – Саммер упрямо выпячивает подбородок. – Якобы.
Нейт фыркает.
– Как она посмела, – насмешливо говорит Бренна.
– Подожди, она твоя девушка? – уточняет у меня Мэтт.
