Прозрачная жидкость не пахнет алкоголем, так что, скорее всего, это была просто вода. Раздраженно вздохнув, Бренна расстегивает молнию на мокрой толстовке и снимает ее со своих изящных плеч.
– О, мой бог, – стонет Холлис, его глаза темнеют от возбуждения.
На ней нет ничего, кроме джинсов и кружевного черного бюстгальтера, который больше похож на укороченный топ и не сильно отличается в плане откровенности от того, что надето на блондинке. Ее не выгонят из бара за обнажение на публике, но на ее совести точно останется каждый стояк в нашем районе.
«Даже стояк Фитци?» – издевается надо мной внутренний голос.
Я пытаюсь подавить ревность. Мне не нравится мысль, что у Фитца встанет на Бренну, как бы невероятно ни выглядели ее сиськи в этом лифчике.
Но, бросив быстрый взгляд на Фитца, я вижу на его лице жесткое выражение и презрительную усмешку, с которой он смотрит на парня в рубашке поло, крадущегося теперь к своей подружке. Лежащие на столе большие кулаки Фитца сжаты не до конца, но пальцы подогнуты.
Он настороже и не в восторге от развития ситуации.
– Слышишь, милая? – обращается Бренна к блондинке. – Твой парень – шлюха с большой буквы. Лучше брось его сейчас, пока он не разбил тебе сердце.
– Как ты смеешь называть Дэйви шлюхой! – получает она возмущенный ответ. – У тебя такого, как он, никогда не будет! Ты тупая сука, раз отказала, когда он пытался с тобой замутить.
– Сначала ты разозлилась, что я пыталась у тебя его увести, – сверкает карими глазами Бренна. – Теперь ты негодуешь, что я ему отказала.
Определись уже, милая.
Не могу удержаться от смеха. Блондинка свирепо смотрит на меня.
– Но если хочешь, я с удовольствием трахну его, – предлагает Бренна. – Он хватал меня за грудь довольно неуклюже. Я могла бы преподать ему пару уроков.
– Шлюха, – выплевывает девушка.
– Правильно. Это же я шлюха, а не он.
– Ты бы не поняла, что перед тобой достойный человек, даже если бы он подошел и ударил тебя по лицу.
– И ты, очевидно, тоже.
Хантер хихикает.
Лицо девушки алеет, мне почти жаль ее.
Почти.
– Тупая шлюха!
Теперь я по горло сыта количеством ругательств.
Я вскакиваю на ноги.
– Хватит, – рявкаю я на нее. – Ты понимаешь, на сколько десятилетий назад ты отбрасываешь девушек каждый раз, когда называешь другую шлюхой? Люди годами боролись за то, чтобы женщин не рассматривали как сексуальные объекты, чтобы не осуждали и не стыдили, если кому-то нравится секс. Достаточно того, что мужчины до сих пор нас так называют.
