С моим графиком довольно трудно найти время, чтобы сразиться в видеоигру, не то что разработать одну из них. Но я нахожусь в поисках работы в какой-нибудь компании в сфере компьютерных развлечений, поэтому мне необходимо было показать свои навыки. Может быть, «Легион 48» это не Skyrim[14] и не «ГТА»[15], но мне всего лишь нужно дать понять студиям, что я не полный профан.
Моя самая сильная сторона, думаю, заключается в том, что необходимое художественное оформление и программное обеспечение я создал лично. Сначала делал грубые наброски, затем оцифровывал, потом превращал в 3D-макеты.
Я потратил на это бессчетное количество времени, а на написание чертовых программных кодов убил его еще больше.
– Уже нашел какие-нибудь ошибки? – интересуюсь я у Морриса.
– Ничего существенного. Когда разговариваешь с драконом в пещере, диалог зависает, а затем перескакивает к следующему фрагменту.
Хорошо, это легко исправить. Я испытываю облегчение, потому что часами подправлял и вычищал все назойливые глюки в пробной версии.
Почти целый год я старался довести игру до ума. Первый запуск выявил множество ошибок. Каким-то чудом, несмотря на изнурительный график, я отладил игру достаточно, чтобы она стала полностью функциональной и готовой к заключительному этапу тестирования. Теперь в нее играют десятки геймеров, включая многих моих друзей по университету.
– Еще ни разу не выкинуло из игры, – услужливо добавляет Моррис.
– Еще? Сплюнь, приятель. Я уже отправил ее полудюжине студий. Если у них проявятся глюки…
– Все хорошо, – обнадеживает Моррис.
– Игра не глючит. Теперь наконец-то ответь, как открыть третьи врата.
– Не-а.
– Но я умираю от желания увидеть Стальной Город. Может, надо с каким-то оракулом поговорить? Почему у меня не получается?
– Скорее, ты не так хорош, как думаешь.
– Да пошел ты. Ладно. Как хочешь. Я одолею эту штуку, а затем позвоню тебе, чтобы позлорадствовать.
– Не сомневаюсь, – ухмыляюсь. – До связи в сети, бегу в душ.
– Идет. Чао.
Я раздеваюсь и направляюсь в ванную пружинящим шагом.
Заинтересованность Морриса «Легионом 48» переключила мое внимание, но ненадолго. Едва заслышав смех Саммер в коридоре, я ощущаю напряжение в мышцах. Бросаю взгляд на свое отражение в зеркале, подмечая огорченный взгляд и стиснутые челюсти. Суровое выражение лица дополняют татуировки: они полностью покрывают обе руки и часть груди, где набито монохромное изображение. Эта часть немного выцвела, но так даже лучше. Я сделал тату, не чтобы казаться крутым.
