Погоня за отцом

Баллу сказал, что его вовсе не беспокоит, если Джарретту станет известно о том, кто его заложил, но я не собирался хоть в чем-то помогать ему.

– Это не имеет отношения к моему делу, – сказал я. – У меня есть другое предложение. Поскольку мы с вами, похоже, не слишком поладили, я мог бы привезти завтра Эми. Она очень милая девушка. Как вы, должно быть, знаете, она окончила колледж Смит, очень недурна, хорошо воспитана, и… – Я замолчал, поскольку Джарретт вдруг зашевелился.

Он неспешно сполз с шезлонга, выпрямился и устремил пронизывающий взгляд на меня:

– Я совершенно ничего не знаю ни про какую Эми, ни про Элинор Деново.

Если деньги по чекам получала какая-то Элинор Деново, мне это абсолютно безразлично. Если же вы посмеете опубликовать эту дикую чушь, я с вас шкуру спущу. – С этими словами он круто повернулся и направился к дому.

Я продолжал сидеть в шезлонге, любуясь изумительной долиной реки Гудзон. Вскоре притопал Оскар и занял наблюдательный пост в тени дерева с длинными узкими листьями.

– Как называется это дерево? – спросил я, но Оскар не соизволил ответить.

Я был бы, возможно, не прочь позабавиться и поторчать тут еще часок-другой, чтобы определить, хватит ли у Оскара терпения стоять без дела, но мне чертовски хотелось пить, а чутье подсказывало, что вряд ли он покинет свой пост, чтобы принести мне воды. Так что, бросив последний взгляд на живописные окрестности, я с независимым видом прошагал мимо Оскара, едва не отдавив ему ногу, к месту, где был припаркован мой «херон».

Извилистая подъездная дорожка с асфальтовым покрытием протянулась на добрых четверть мили и заканчивалась двадцатифутовыми каменными колоннами. В ее конце я свернул налево и примерно через милю направо, а через двадцать минут, включая посещение придорожного ресторанчика, где выпил кружку пива, я был у съезда на Таконик-парквей и двинулся на юг, в сторону, указанную щитом со стрелкой: «Нью-Йорк – 88 миль». Сидя за рулем, я стараюсь не занимать голову серьезными мыслями.

Подобные мысли ни к чему хорошему не приводят, а езда может закончиться плачевно. Собственно говоря, думать мне было не о чем. Я и так знал, что делать дальше. Во вторник вечером, проводив Эми, мы с Вулфом единодушно выработали план действий на тот случай, если Джарретт отошьет меня.

Я пообещал держать Эми в курсе дел, поэтому свернул с Генри-Хадсон-парквей на Девяносто шестую улицу и через Центральный парк направился на Восемьдесят пятую улицу.