А теперь скажите, кто из нас заметил хоть какие-то перемены, позволившие предположить, что он перерос собственную глупость?!
Остальные дружно отвергли такую возможность. Йен тяжело вздохнул.
— И это только подтверждает, что он проигнорирует наше предупреждение.
— А по-моему, нам не о чем беспокоиться, — заверил Нилл, правда, без особой уверенности. Как один из самых младших, он редко высказывал собственное мнение. — Вряд ли он захочет ее теперь, когда узнал, кем она нам приходится. Сам сказал, что возненавидит ее так же, как нас.
— Он сказал это еще до того, как понял, что она наша племянница, — напомнил Уильям. — Кроме того, Мелли невозможно ненавидеть. На свете нет девушки милее, добрее, участливее, красивее, умнее…
— И за все это нужно благодарить Макгрегора, — смеясь перебил Каллум. — Вряд ли все эти качества присущи нашей семейке.
— Тем не менее говорю я вам, он не отступится, — продолжал Уильям. — И я желаю знать, что мы в таком случае собираемся делать?
— Может, просто прикончить?
— Идеальное решение, — с напускной серьезностью объявил Чарлз.
Глава 15
Удивительно, но в таком огромном доме, где полно слуг, было поразительно легко найти уединенное местечко, и даже завтракала Мелисса в одиночестве. Герцогиня, разумеется, вставала поздно, вполне извинительная привычка, особенно во время сезона, когда большинство балов длилось до утра. Джастин, не столь любивший развлечения и крайне редко сопровождавший дам, обычно проводил утро, катаясь верхом в одном из многочисленных городских парков.
Йен, по какой-то причине посчитавший своим долгом ни на шаг не отходить от Мелиссы, тоже не вставал с постели до полудня.
Мелисса, возможно, последовала бы его примеру, если бы могла спать. Но на нее напала бессонница. Не то чтобы она нуждалась в отдыхе, — в ней так и бурлила энергия молодости, — просто очень хотелось как-то скоротать ничем не занятые часы.
Дома она могла бы отправиться на прогулку и найти немало увлекательных дел. Но здесь это было невозможно. Дядюшку просто удар бы хватил при первой же ее попытке!
Поэтому она слишком много времени была предоставлена собственным мыслям.
Вернее, мечтам. Сколько таких минут провела она, представляя чудесные встречи с Линкольном Бернеттом, каждая из которых кончалась самым счастливым образом, как все фантазии. Чудесное занятие, хотя Мелисса предпочла бы настоящие свидания. Но иногда ее одолевали сомнения, и она старалась уверить себя, что виновато ее разыгравшееся воображение.
