Возьми хоть себя.
Мелисса покраснела.
— Любое настроение не мешает обычным делам.
— Неужели? — усмехнулся он, многозначительно глядя на тарелку с остывшей едой. Мелисса снова вспыхнула.
— Просто я не голодна.
— Да, всего лишь целое утро смотришь на еду. Милое занятие, — отпарировал он.
Щеки Мелиссы, казалось, вот-вот полыхнут пламенем.
— Ладно, ты прав, в таком состоянии всякое бывает. Но я появляюсь в обществе. Не запираюсь, чтобы в одиночестве предаваться мрачным мыслям.
— Но, Мелли, все люди различны в своих сомнениях, поступках и так далее.
То, что ты считаешь трагедией, другим кажется пустяками, и наоборот. Мужчина может ни с того ни с сего свалить кого-то с ног ударом в челюсть просто потому, что пытается сорвать свою злость или выплеснуть гнев. А может и скакать на лошади, сам не зная куда, пока незаметно для себя не окажется в другом графстве.
— Похоже, ты говоришь по собственному опыту, — хмыкнула она.
Джастин ответил мрачным взглядом.
— А вот женщины, — продолжал он, — способны в слезах метаться на постели, биться в истерике, рычать на всякого, кто попадется на глаза.
Ты же, к примеру, всего-навсего изводишь себя голодом.
Ему все-таки удалось рассмешить ее, и все заботы на миг показались удивительно никчемными.
— Хочешь сказать, что я дурочка?
— Ничего подобного, — лукаво ухмыльнулся он. — Скорее, опережаешь события. Пока ты ни в чем не убедилась, считай, что у него есть важные причины не показываться тебе на глаза. Ты пока что нашла одну, я же могу перечислить тебе еще с полдюжины.
Дела, другие заботы, беспорядки в имении, несчастье в семье, да мало ли еще что! Помни, ты и в прошлый раз была не права, предполагая, что он тебя забыл! А бедняга пытался две недели проникнуть в наш дом.
Мелисса расплылась в счастливой улыбке.
— Зато для моей любви к тебе есть куча самых достойных причин! Уверен, что не желаешь жениться на мне?
Джастин тяжело вздохнул:
— Интересно, почему мне хочется щелкнуть тебя по носу, вместо того чтобы поцеловать? Просто руки чешутся! И не надейся, что я предложу тебе руку и сердце.
— Это я так, на всякий случай. И спасибо. Мне следовало разыскать тебя сразу, как только вернулась из деревни, и уберечь себя от четырех дней… истерик.
Глава 16"
"Линкольн открыл дверь своего кабинета, где, как ему сказали, ожидал посетитель, и едва успел уклониться от кулака, нацеленного прямо в челюсть. Обладателю кулака повезло меньше.
